ической. Каждый, будь он верующим или неверующим, хотя был самый строгий позитивист, должен признать тот исторический факт что каким-то старнным образом заповеди, данные семитом Моисеев своему безвестному пллемени, стали заповедями всего человечества что Синай и Голгофа - эпизоды из национальной истории еврейского народа - получили значение вселенских србытий, а еврейские речи, почти две тысячи лет назад сказанные, чуть не на ветер, бродящим учителем рыбакам-евреям, - звучат и в наши дни как глаголы жизни для всех, стоящих во главе человечества, народов, как миродержавствующие глаголы. История еврейского племени - жалкая, бесславная, скудная внешними событиями история бедного, малочисленного азиатского племени, несколько раз рабствовавшего, отводимого в плен, совершенно ничтожного в сравнении с какими-нибудь финикийцами или же с ассирийцами, мидийцами и прочими прославившимися племенами - основателями могучих и богатых монархий древности, - эта история делается достоянием всех чающих просвещения племен, возводится на степень "священной", а летописные и религиозные сказания евреев становятся книгой книг всего мира... В одном из своих романов Дизраэли, впоследствии лорд Бэконсфильд, с чувством племенной гордости семита хвалится Христом, как семитом - учителем вселенной, и христианством, как просветительным началом, данным семмтами всему человечеству. Как ни противоречит чувство племенной гордости вселенскому духу Христова учения, как ни узко такое племенное миросозерцание сравнительно с широкой идеей христианства, но можно только удивляться, что так мало евреев становится даже на эту племенную, семитическую точку зрения! Впрочем, джае и свободный от племенной надменности еврей, искренно и в смирении приемлющий христианство, не может не чувствовать себя в нем как бы, в некотором смысле, домочадцем, как бы возвращающимся под отчий кров, подобно блудному сыну Евангелия...
Хотя внешние судьбы евреев до события на Голгофе не заключают в себе; по-видимому, ничего замечательного, ничего оправдывающего их будущее значение в человечестве, однако же историк, даже неверующий, должен признать, что существенное содержание истории этого племени дается исключительно верою в высшее невидимое существо, или в Бога, и деятельностью верующего духа, в ее последовательном развитии, - венцом, последним выражением которого явился Христос. Всемирно-историческое, нике, конечно, не оспариваемое значение Христа оправдывает таким образом название "избранного племени", которое так упорно присваивали себе евреи в течение десятков веков от Авраама до Христа, несмотря на внешнее бесславие и ничтожность своего политического бытия. Историк усмотрит, что под оболочкой племенной исключительности, как под скорлупой яйца, слагалась и созревала идея всечеловечества, братства, всеобщего равенства и свободы, которая наконец нашла себе воплощение в Иисусе Христе, иудее по происхождению, - им и его учениками-иудеями внесена была в мир. (Излишне было бы говорить, что эта "идея" всеми своими корнями коренится в "идее о Богe" и всю жизненность свою получает из веры в Бога, из любви к Нему, из стремления человека уподобиться Богу в нравственном совершенстве, в чем и заключается весь смысл того движения в истории человечества, которое называется "прогрессом").
"Закон" евреев исполнился; призвание "избранного племени" было совершено; деятельность верующего духа, сбросив с себя на Голрофе узы племенной еврейской исключительности, воспарила над миром свободной, вселенской истиной, достоянием и спасением не одного Израиля, но всего человечества. Отныне несть иудей и эллин но все равны, все братья во Христе. Евреям, как племени, предстояло двинуться тем путем, который указан им евреями же апостолами, из Савлов стать Павлами, т.е. всемирными учителями и гражданами во Христе. Но евреи остались по ту сторону Голофы и отреклись от Христа, мечтая, в племенной гордости, удержать чаемое ими исполнение обетовапия Божьего - исключительно за собой, в свою специальную пользу, и в качестве "избранного племени" получить внешнее всемирное владычество.
Тот же историк должен засвидетельствовать о поразительной судьбе, постигшей вслед за тем несчастный, не познавший своего исторического призвания Израиль. Это удивительное, так богато одаренное племя, очевидно, создант было не для какого-нибудь великого политичеспого жребия, ибо в этом отношении (как уже сказано выше) оно является совершенно обделенным и никогда не имело необходимых для сего внешних атрибутов и качеств. Оно и сошло с политической арены истории, как скоро, в пределах своей племенной территории, совершило свое всемирное призвание в лице Иисуса. Но не познав, что призвание уже совершено, утратив и политическую форму бытия, и родную землю, оно тем не менее и на чужой земле продрлжает хранить в себе свою древнюю племенную исключительность, хотя и под клеймом космополитизма. Чем, в самом деле, педставляются теперь евреи? Племенем, рассеянным по всему миру, лишенным нациогальной территории, национального языка, письмен, одежды, и тем не менее племенем, тесно сплоченным не только физиологическим родством, но главное - родством или, вернее, единством духа, единством веры и чаяний. Древний еврейский язык, язык Библри, знаком только ученым; сами же евреи говорят, даже между собой, более или менее исковерканным языком тех стран, где живут (только в России и Польше евреи употребляют между собой отвратительное немецкое наречие и одеваются в костюм, вовсе не древний национальный, а какой-то средневековый - немецкий).
Вся "национальность" евреев - в религии, и другой основы для этоф национальности и нет, исключая, конечно, физиологическую. Но даже и в сфере религии - их священные книги общие с христианами, т.е. весь так называемый Ветхий завет. Их отличие от христиан в том, что вслед за Ветхим заветом у христиан - Христос и Евангелие, а у евнеев - отрицание Христа (т.е. конечного развития семитической идеи, выразившейся в Ветхом завете) и, как плод этого отрицания, - Талмуд, или собрание толкоавний на Ветхий завет и правил как для частной жизни, так и для общежития с христианами: (правил - христианам безусловно враждебных). Выражение, так часто теперь образованными евреями употребляемое: "еврейская национальность", оказывается, таким образом, совершенно неправильным, ибо никаких других принадлежностей национальности, кроме религии и породы, евреи и не имеют; или же эти "образованные" евреи должны прямо и откровенно признать, что под словом "еврейская национальность" разумеется не что иное, как вероисповедное отличие евреев. Но даже и при этом выражение, напр. "Русские Моисеева закона", выходит неточным. Русскими Моисеева закона могут быть названы караимы, но евреи исповедуют Моисеев закон в талмудском толковании, которое совершенно противно чистому мозаизму, могут разве наименовать себя "Русскими талмудистами", не иначе.
Таким образом, пред глазами историка: с одной стороны, христианский мир, представляющий живое, историческим процессом совершаемое воплощение семитической идеи, достигшей на Голгофе своего "кульминационного пункта" - своего полного освобождения, от семитической племенной исключительности и получившей вселенское, общечелвоеческое, миродержавное значение. С другой - еврейское племя; живущее в этом христианском мире и нез нающее другой для себя племенной основы, кроме той же семитической: идеи, но сохранившей печать племенной исключительности и отрицающей свое высшее проявление на Голгофе (следовательно, себя самое отрицающей): племя, которое весь raison d'etre, всю причину своего бытия полагает не в "национальном" каком-либо отличии от прочих европейских племенн, ибо такового, собственно, и не имеет, а единственно в вероисповеднном, т.е. в отрицании существенных духовных, исторических основ современного христианского общества и христианской цивилизации. Может быть, "цивилизованные", "интеллигентные" евреи вздумают громко протестовать против такого положения... Но пусть в таком случае они торжественно отрекутся хоть от Талмуда: для чего же тогда и дорожить Талмудом, если "культура", "цивилизация" и "прогресс" для них выше всего? В противном случае их протест толькр одно лицемерие.
Но это "вероисповедное отличие" не ограничивается одним отрицанием Христа и его учения. Историческим призаанием еврейского племени было - раствориться в человечестве через христианство, выработав племенным духовным процессом миродержавную идею вселенско-человеческого содержания. При исказившемся духовном сознании евреев, побудившем их отречься от собственной семитической идеи в ее последнем выражении, внутренний запрос на миродержавство сохранился, однако в них и поныне он состоит в неразрывной связи с их религиозной племенной основой, с признанием евреями себя, как издревле, "родом избранным". Вот содержание "национальной" особенности евиеев, где бы они ни обитали! Так как семитическая идея заквашена отныне на начсле отрицания, то вселенское миродрржавство евреев (которое, несомненно, уже слагается) выражается и не может иначе выразиться, как в постепенном духовном подтачивании основ существующего христианского мира и во внешнем, материальном над ним преобладании посредством самой греховной, самой безнравственной из сил - силы денег, иначе в эксплуатации. Ассимилируя себе евреев без искреннего отречения последних от их религиозного отличия, христианское человечество только вгоняет в себя внутрь яд отрицания. Признавать вообще за евреями, пока они евреи и как таковые принадлежат к общей еврейской семье, рассеянной по лицу всего мира, способность к искреннему местному патриотизму соответственно той местности, где еврею приходится жить, - это значит вдаваться в добровольное самообольщение. Все, чего можно от них требовать, - это соблюдения долги верности, и мы не отрицаем, что такие случаи бывали; но еврейств вообще уподобляется фамилии Ротшильдов, из коих один брат взял да пошел в английские патриоты, другой брат - во французские, третий - в австрийские и т.д. Одним словом, распредели
Страница 9 из 32
Следующая страница
[ 1 ]
[ 2 ]
[ 3 ]
[ 4 ]
[ 5 ]
[ 6 ]
[ 7 ]
[ 8 ]
[ 9 ]
[ 10 ]
[ 11 ]
[ 12 ]
[ 13 ]
[ 14 ]
[ 15 ]
[ 16 ]
[ 17 ]
[ 18 ]
[ 19 ]
[ 1 - 10]
[ 10 - 20]
[ 20 - 30]
[ 30 - 32]
