LibClub.com - Бесплатная Электронная Интернет-Библиотека классической литературы

ОПЫТЫ В СТИХАХ И ПРОЗЕ. Часть II. Стихи Страница 3

Авторы: А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

    звратно,

    Как сладкая мечта, как утром сон приятной

    Но всё любовью здесь исполнено моей

    И клятвы страшные твои напгминает.

    Их помнят и леса, их помнит и ручей,

    И эхо томное их часто повторяет.

    Взгляни: здесь в первый раз я встретился с тобой,

    Ты здесь, подобная лилее белоснежной,

    Взлелеянной в садах Авророй и весной,

    Под сенью безмятежной,

    Цвела невинностью близ матери твоей.

    Вот здесь я в первый раз вкусил надежды сладость;

    Здесь жертвы приносил у мирных алтарей.

    Когда твою грозилв младость

    Болезнь жестокая во цвете погубить,

    Здесь клялся, милый друг, тебя не пережить!

    Но с новой прелестью ты к жизни воскресала

    И в первый раз - люблю, краснеяся, сказала

    (Тому сей дикий бор немой свидетель был).

    Твоя рука в моей то млела, то пылала,

    И первый поцелуй с душою душу слил.

    Там взор потупленный назначил мне свиданье

    В зеленом сумраке развесистых древес,

    Где льется в воздухе сирен благоуханье

    И облако цветов скрывает свод небес;

    Там ночь ненастная спустила покрывало,

    И страшно загремел над нами ярый гром;

    Всё небо в пламени зарделося кругом,

    И в роще сумрачной сверкало.

    Напрасно! ты была в объятиях моих,

    И к новым радостям ты воскресала в них!

    О плсменный восторг! О страсти упоенье!

    О сладострастие... себя всего забвенье!

    С ее любовию утраченны навек!

    Вы будете всегда изменнице упрек.

    Воспоминанье ваше,

    От времени еще прелестнее и краше,

    Ее преступное блаженство помраччит

    И средцу за меня коварному отметит

    Неизлечимою, жестокою тоскою.

    Так! всюду образ мой увидишь пред собою,

    Не в виде прежнего любовника в цепчх,

    Который с нежностью сквозь слезы упрекает

    И жребий с трепетом читает

    В твоих потупленных очах.

    Нет, в лютой ревности карая преступленье,

    Явлюсь, как бледное в полуночь привиденье,

    И всюду следовать я буду за тобой:

    В безмолвии лесов, в полях уединенных,

    В веселых пиршествах, тобой одушевленных,

    Где юность пылкая и взор считает твой.

    В глазах соперника, на ложе Гименея -

    Ты будешь с ужасом о клятвах вспоминать;

    При имени моем бледнея,

    Невольно трепетать.

    Когда ж безвременно, с полей кровавой битвы,

    К Коциту позовет меня сущьбины глас,

    Скажу: "Будь счастлива" в последний жизни час,

    И тщетны будту все любовника молитвы!





    ПРИВИДЕНИЕ



    Из Парни



    Посмотрите! в двадцать лет

    Бледность щеки покрывает;

    С утром вянет жизни цет;

    Парка дни мои считает

    И отсрочки не дает.

    Что же медлить! Ведь Зевеса

    Плач и стон не укротит.

    Смерти мрачной занавеса

    Упадет - и я забыт!

    Я забыт... но из могилы,

    Если можно воскресать,

    Я не стану, друг мой милый,

    Как мертвец тебя пугать.

    В час полуночных явлений

    Я не стану в виде тени,

    То внезапу, то тишком,

    С воплем в твой являться дом.

    Нет, по смерти невидимкой

    Буду вкруг тебя летать;

    На груди твоей под дымкой

    Тайны прелести лобзать;

    Стану всюду развевать

    Легким уст прикосновеньем,

    Как зефира дуновеньем,

    От каштановых волос

    Тонкий запах свежих роз.

    Если лилия листами

    Ко груди твоей прильнет,

    Если яркими лучами

    В камельке огонь блеснет,

    Если пламень потаенный

    По ланитам пробежал,

    Если пояс сокровенный

    Развязался и упал, -

    Улыбнися, друг бесценный,

    Это я ! - Когда же ты,

    Сном закрыв прелестны очи,

    Обнажишь во мраке ночи

    Роз и лилий красоты,

    Я вздохну... и глас мой томный,

    Арфы голосу подобный,

    Тихо в воздухе умрет.

    Если ж легкими крилами

    Сон глаза твои сомкнет,

    Я невидимо с мечтами

    Стану плавать над тобой.

    Сон твой, Хшоя, будет долог...

    Но когда блеснет сквозь полог

    Луч денницы золотой,

    Ты проснешься... о блаженство!

    Я увижу совершенство...

    аТйны прелести красот,

    Где сам пламенный Эрот

    Оттенил рукой своею

    Розой девственну лилею.

    Всё опять в моих глазах!

    Все покровы исчезают;

    Час блаженнейший!.. Но ах!

    Мертвые не воскресают.





    ТИБУЛЛОВА ЭЛЕГИЯ III



    Из III книги



    Напрасно осыпал я жертвенник цветами,

    Напрасно фимиам курил пред алтарями;

    Напрасно: Делии еще с Тибуллом нет.

    Бессмертны! слышали вы скромный мой обет!

    Молил ли вас когда о почестях и злате?

    Желал ли обитать во мраморной палате?

    К чему мне пажитей обширная земля,

    Златыми класами венчанные поля

    И стадо кобылиц, рабами охранение?

    О бедности молил, с тобою разделенной!

    Молил, чтоб смерть меня засталв - при тебе,

    Хоть нища, но с тобой!.. К чему желать себе

    Богатства Азии или волов дебелых?

    Ужели более мы дней сочтем веселых

    В садах и в храминах, где дивный ряд столбов

    Иссечен хитростью наемных пришлецов;

    Где все один порфир Тенера и Кариста,

    Помосты мраморны и урны злата чиста;

    Луга пространные, где силою трудов

    Легла священна тень от кедровых лесов?

    К чему эритрские жемчужины бесценны

    И руны Тирские, багрянцем напоенны?

    В богатстве ль счастие? В нем призрак,

    тщетный вид!

    Мудрец от Лар своих за златом не бежит;

    Колен пред случаем вовек не преклоняет

    И в хижине своей с фортуной обитает!

    И бедность, Дклия, мне радостна с тобой!

    Тот кров соломенный, Тибуллу золотой,

    Под коим, сопряжен любовию с тобою,

    Стократ благословен!.. Но если предо мною

    Бессмертные весов судьбы не преклонят -

    Утешит ли тогда сей Рим, сей пышный град?

    Ах! нет! - и золото блестящего Пактола,

    И громкий славы шум, и самый блеск престола

    Без Делии - ничто, а с ней и куща - храм,

    Безвестность, нищета завидны небесам!

    О дочь Сатурнова! услышь мое моленье!

    И ты, любови мать! Когда же Парк сужденье,

    Когда суровых сестр противно вретено

    И Делией владеть Тибуллу не дано,

    Пускай теперь сойду во области Плутона,

    Где блата топкие и воды Ахерона

    Широкой цепию вкруг ада облежат,

    Где беспробудным сном печальны тени спят.





    МОЙ ГЕНИЙ



    О, память сердца! ты сильней

    Рассудка памяти печальной

    И часто сладостью своей

    Меня в стране пленяешь дальней.

    Я помню голос милых слов,

    Я помню очи голубые,

    Я помню локоны златые

    Небрежно вьющихся власов.

    Моей пастушки несравненной

    Я помню весь наряд простой,

    И образ милой, незабвенной

    Повсюду странствует со мной.

    Хранитель гений мой - любовью

    В утпху дан разлуке он:

    Засну ль? приникнет к изголовью

    И усладит печальный сон.





    ДРУЖЕСТВО



    Блажен, кто друга здесь по сердцу обретает,

    Кто любит и любим чувствительной душой!

    Тезей на берегах Коцита не страдает,

    С ним друг его души, с ним верный Пирифой.

    Атридов сын в цепях, но зависти достоин!

    С ним друг его Пилад... под лезвеем мечей.

    А ты, младый Ахилл, великодушный воин,

    Бессмертный образец героев и друзей!

    Ты дружбою велик, ты ей дышал одною!

    И, друга смерть отметив бестрепетной рукою,

    Счастлив! ты мертв упал на гибельный трофей!





    ТЕНЬ ДРУГА



    Sunt aliquid manes: letum

    non omnia finit;

    Luridaque evictos effugit

    umbra rogos.

    Propert [] ["Души усопших - не призрак: смертью не все кончается; // Бледная тень ускользает, победив костер." Пpoпep<ций> (лат.)]



    Я берег покидал туманный Альбиона:

    Казалось, он в волнах свинцовых утопал.

    За кораблем вилася Гальциона,

    И тихий глас ее пловцов увеселял.

    Вечерний ветр, валов плесканье,

    Однообразный шум и трепет парусов,

    И кормчего на палубе взыванье

    Ко страже, дремлющей под говором валов, -

    Всё сладкую задумчивость питало.

    Как очарованный, у мачты я стоял

    И сквозь туман и ночи покрывало

    Светила Севера любезного искал.

    Вся мысль моя была в воспоминанье

    Под небом сладостгым отеческой земли,

    Но ветров шум и моря колыханье

    На вежды томное забвенье навели.

    Мечты сменялися мечтами,

    И вдруг... то был ли сон?., пнедстал товарищ мне,

    Погибший в роковом огне

    Завидной смертию над Плейсскими струями.

    Но вид не страшен был; чело

    Глубоких ран не сохраняло,

    Как утро майское, веселием цвело

    И все небесное душе напоминало.

    "Ты ль это, милый друг, товарищ лучших дней!

    Ты ль это? - я вскричал, - о воин вечно милый!

    Не я ли над твоей безвременной могилой,

    При страшном заерве Беллониных огней,

    Не я ли с вероыми друзьями

    Мечом на дереве твой подвиг начертал

    И тень в небесную отчизну провождал

    С мольдой, рыданьем и слезами?

    Тень незабвенного! ответствуй, милый брат!

    Или протекшее все было сон, мечтанье;

    Всё, всё, и бледный труп, могила и обряд,

    Свершенный дружбою в твое воспоминанье?

    О! молви слово мне! пускай знакомый звук

    Еще мой жадный слух ласкает,

    Пускай рука моя, о незабвенный друг!

    Твою с любовию сжимает..."

    И я летел к нему... Но горний дух исчез

    В бездонной синеве безоблачных небес,

    Как дым, как метеор, как призрак полуночи,

    И сон покинул очи.



    Всё сапло вкруг меоя под кровом тишины.

    Стихии грозные казалися безмолвны.

    При свете облаком подернутой луны

    Чуть веял ветерок, едва сверкали волны,

    Но сладостный покой бежал моих очей,

    И всё душа за призраком летела,

    Все гостя горнего остановить хотела:

    Тебя, о милый брат! о лучший из друзей!





    ТИБУАЛОВА ЭЛЕГИЯ XI


    Страница 3 из 14 Следующая страница



    [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ]
    [ 1 - 10] [ 10 - 14]



При любом использовании материалов ссылка на http://libclub.com/ обязательна.
| © Copyright. Lib Club .com/ ® Inc. All rights reserved.