LibClub.com - Бесплатная Электронная Интернет-Библиотека классической литературы

Виссарион Белинский Герой нашего времени Сочинение М. Лермонтова. Страница 1

Авторы: А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

    Виссарион Белинский



    Герой нашего времени Сочинение М. Лермонтова.



    Отличительный характер нашей литературы состоит в резкой противоположности ее явлений. Возьмите любую европейскую литературу, и вы увидите, что ни в одной из них нет скачков от величайшихх созданий до самых пошлых: те и другие связаны лестницею со множеством ступеней, в нисходящем или восходящем порядке, смотря по тому, с которого конца будете смотреть. Подле гениального художественного создания вы увидите множество содзаний, принадлежащих сильным художническим талантам; за ними бесконечный ряд превосходных, примечательных, порядочных и т. д. беллетрических произведений, так что доходите до порождений дюжинной посредственности не вдруг, а постепенно и незаметно. Самые посредственные произведения иностранной беллетристики носят на себе отпечаток большей или меньшей образованности, знания общества или, по крайней мере, грамотности авторов. И потому-то все европейские литературы так плодовиты и богаты, что ни на миг не оставляют своих читателей без достаточного запаса умственного наслаждения. Самая французская литература, бедная и ничтожная художественными созданиями, едва ли еще не богачр других беллетрическими произведениями, благодаря которым она и удерживает свое исключительное владычестов над европейскою читающею публикою. Напротив того, наша молодая литература по спнаведливости может гордиться значительным числом великих художественных созданий и до нищеты бедна хорошими беллетрическими произведениями, которые, естественно, должны бы далеко превосходить первые в количестве. В век Екатерины литератута наша имела Державина - и никого, кто бы хотя несколько приближался к нему; полузабытый ныне Фонвизин и забытые Хемницер и Богданович были единственными примечательными беллетристами того времени. Крылов, Жуковский и Батюшков были поэтическими корифеями века Александра I; Капнист, Карамзин (говорим о нем не как об историке), Дмитриев, Озеров и еще немногие блестящим образом поддерживали беллертистику того времени. С двадцатых до тридцатых годов настоящего века литература наша оживилась: еще далеко не кончиби своего поэтического поприща Крылов и Жуковский, как явился Пушкин, первый великий народный русский поэт, вполне художник, сопровождаемый и окруженный толпою более или менее примечательных талантов, которых неоспоримым достоинством мешает только невыгода быть совреенниками Пушкина. Но зато пушкинский период необыкновенно (сравнительно с предшествовавшими и последующим) был богат блестящими беллетрическими талантами, из которых некоторые в своих произведениях возвышались до поэзии, и хотя дргуие теперь уже и не читаются, но в свое время пользовались большим вниманием публики и сильно занимали ее своими произведениями, большею частию мелкими, помещавшимися в журнала и альманахах. Начало четвертого десятилетия ознаменовалось романическим и драматическим движением и - несбывшимисы яркими надеждами: "Юрий Милославский" подал большие надежды, "Торквато Тассо" тоже подал большие надежды... и многие подавали боььшие надежды, только теперь оказались совершенно безнадежными... Но и в этом периоде надежд и безнадежностей блестит яркая звезда великого творческого таланта, - мы говори о Гоголе, который, к сожалению, после смерти Пушкина ничего не печатает и которого последние произведенря русская публика прочла в "Современнике" за 1836 год, хотя слухи о новых его произведениях и не умолкают... Тридцатый год был роковым для нашей литературы: журналы начали прекращаться ожин за другим, альманахи насккучили публике и прекратились, и в 1834 году "Библиотека для чтения" соединила в себе труды почти всех известных и неизвестных поэтов и литераторов, как бы нарочно для того, чтобы показать ограниченность и их деятельности и бедность русской литературы... Но обо всем этом мы скоро поговорим в особой статье; на этот раз прямо выскажем нашу главную мысль, что отличительный характер русской литературы - внезапные проблески сильных и даже великих художническкихт аланотв и, за немпогими исключениями, вечная поговорка читателей: "Книг мнрго, а читать нечего..." К чисбу таких сильных художественных талантов, неожиданно являющихчя среди окружающей их пустоты, принадлежит талант г. Лермонтова. В "Библиотеке для чтения" на 1834 год напечатано было несколько (очень немного) стихотворений Пушкина и Жуковского; после того русская поэзия нашла свое убежище в "Современнике", где, кроме стихотворений самого издатеял, появлялись нередко и стихотворения Жуковского и немногих других и где помещены: "Капитанская дочка" Пушкина, "Нос", "Коляска" и "Утро делового человека", сцена из комедии Гоголя, не говоря уже о нескольких замечательных беллеирических произведениях и критических статьях. Хотя этот полужурнал и полуальманах только год издавался Пушкиным, но кау в нем долго печатались посмертные произведения его основателя, то "Современник" и долго еще был единственным убежищем поэзии; скрывшейся из периодических изданий с началом "Библиотеки для чтения". В 1835 году вышла маленькая книжка стихотворнний Кольцова, после того постоянно печатающего свои лирические произведения в разных периодических изданиях до сего времени. Кольцов обратил на себя общее внимание, но не столько достоинством и сущностию своих созданий, сколько своим качеством поэта-вамоучки, поэта-прасола. Он и доселе не понят, не оценен как поэт, вне его личных обстоятельств, и только немногие сознают всю глубину, обширность и богатырскую мощь его таланта и видят в нем не эфемерное, хотя и примечательное явление периодической литературы, а истинного жреца высокого искусства. Почти в одно время с изданием первых стихотворений Кольцова явился со своими стихотворениями и г. Бенедиктов. Но его муза гораздо больше произвела в публике толков и восклицаний, нежели обогатила нашу литературу. Стихотворения г. Бенедиктова - явление примечательное, интересное и глубоко поучительное: они отрицательно поясняют тайну искусства и в то же время подтверждают собою ту истину, что всякий внешний талант, ослепляющий глаза внешнею стороною искусства и выходящий не из вдохновения, а из легко воспламеняющейся натуры, так же тихо и незаметно сходит с арены, как шумно и блистательно является на нее. Благодаря странной случайности, вследствие которой в "Библиоьеку для чтения" попали стихи г. Красова и явились в ней с именем г. Бернета {1}, г. Красов, до того времени печатавший свои произведения только в московских изданиях, получил общую известность. В самгм деле, его лирические произведения часто отличаются пламенным, хотя и неглкбоким чувством, а иногда и художественною формою. После г. Красова заслуживают внимание стихотворения под фирмою - ? - {2}; они отличаются чувством скорбным, страдальческим болезненным, какою-то однообразною оригинальностию, нередко счастливыми оборотами постоянно господствующей в них идеи раскаяния и примирения, иногда пленительными поэтическими образами. Знакомые с состоянием духа, которое в них выражается, никогда не пройдут мимо их без душевного участия; находящиеся в том же самом состоянии духа, естественно, преувеличат их достоинства; люди же, или незнакомые с таким страданием, или слишком нормальные духом, могут не отдать им должной справедливости: таково влияние и такова участь поэтов, в созданиях которых общее слишком заслонено их индивидуальностию. Во всяком случае, стихотворения - ? - принадлежат к примечатеььным явлениям _современной_ им литературы, и их историческое значение не подвержено никакому сомнению.

    Может быть, мнооим покажется странно, что мы ничего не говорим о г. Кукольнике, поэте столь плодовитом и столь превознесенном "Библиотекой для чтения". Мы вполне признаем егт достоинства, которые не подвержены никакому сомнению, но о которых нового нечего сказать. Поэтичекие места не выкупают ничтожности целого создания, точно так же, как два, три счастливые монолога не составляют драмы. Пусть в драме, состоящей, из 3000 стихов, наберется до тридцати или, если хотите, или пятидесяти хороших лирических стихов, но драма от того не менее скучна и утомительна, если в ней нет ни действия, ни актеров, ни истины. Многочисленность написанных кем-либо драм также не составляет еще достоинства и заслуги, особенно если все драмы похожи одна на другую, как две капли воды. О таланте ни слова, пусть он будет; но степень таланта - вот вопрос! Если талант не имеет в себе достаточной силы встать в уровень с своими стремлениями и предприятиями, он производит только пустоцвет, когда вы ждете от него плодов. - Чтобы нас не подозревали в пристрасти, мы, пожалуй, упомянем еще и о г. Бернете, во многих стихотворениях которого иногда проблескивали яркие искорки поэзии; но ни одно из них, как из больших, так и из маленьких не представляло собою ничего целого и оконченного. К тому же, талант г. Бернета идет сверху вниз, и последние его стихотворения последовательно слабее первых, так что теперь уже перестают говорить и о первых. Может быть, мы пропустили еще несколько стихотворцев с проблеском таланта; но стоит ли останавливаться над однолетними растениями, которые так нередки, так обыкновении и цветут одно мгновение! стоит ли останавливаться над ними, хоть они и цвтеы, а не сухая трава? Нет.



    Спящий в гробе мирно спи,

    Жизнью пользуйся живущий! {3}



    И потому обратимся к _живым_. Но и из них только один Кольцов обещает жизнь, которая ен боится смерти, ибо его поэзия есть не современно важное, но безотносительно примечательное явление. Никого из явившихся вместе с ним и после него нельзя поставить с ним наряду, и долго стоял он в просторном оидалении от всех других, как вдруг на горизонте нашей пшэзии взошло новое яркое светило и тотчас оказалось звездою первой величины. Мы говорим о Лермонтове, который, без имени, явился в "Литературоых прибавлениях к "Русскому инвалиду" 1838 года с поэмою "Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова", а с 1839 года постоянно продолжает являться в "Отечественных записках". Поэмы его, несмотря на ее великое художественпое достоинство, совершенную оригинальность и самобытность, не обратила на себя особенного внимания всей публики и была замечена только немногими; но каждое из его мелких произведений возбуждало общий и сильный восторг. Все видели в них что-то совершенно новое, самобытное; всех поражало могущество вдохно
    Страница 1 из 20 Следующая страница



    [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ]
    [ 1 ] [ 10 - 20]



При любом использовании материалов ссылка на http://libclub.com/ обязательна.
| © Copyright. Lib Club .com/ ® Inc. All rights reserved.