ак среднее и высшее сословие составляют нраод по преимуществу. Знаю, что человек во всяком состоянии есть человек, что простолюдин имеет такие же страсти, ум и чувство, как и вельможа, и посему так же, как и он, достоин поэтического анализа; но высшая жизнь народа преимущественно выражается в его высших слоях или, вернее всего, в целой идеее народа. Посему, избрав предметом своих вдохновений одну часть оного, вы непременно впадаете в односторонность. Равным образом, вы не избежите этой крайности и отмежевав для сврей творческой деятельности нашу историю до Петра Великого. Высшие же слои народа у нас еще не получили определенного образа и характера; их жизнь мало представляет для поэзии. Не поавда ли, что прекрасная повесть Безгласного {54} "Княжна Мими" немножко мелка и вяла? Помните ли вы ее эпиграф? - "_Краски мои блещны, сказал живописец; что ж делать? в нашем городе нет лучших_!" - Вот вам самое лучшее оправдание со стороны поэта и вместе самое лучшее доказателльство, что в сей повести он народен в высочайшей степени. Так неужели наша народность в литературе есть мечта? Почти так, хотя и не совсем. Какой главный элемент наших произведений, отличающихся народностию? Очерки или древнерусской жизни (до Петра Великого), или простонародной жизни, и отсюда неизбежные подделки под тон летописей и народнных песен или под лад языка наших простолюдинов. Но ведь в этих летописях, в этой жизни, давно прошеюшей, веет дыхание общей человеческой жизни, являющейся под одной из тысячи ее форм; умейте же уловить его вашим умом и чувством и воспроизвести вашею фантазиею в своем художественном создани.и В этом вся сила и важность. Но вм надо быть гением, чтобы в ваших творениях трепетала идея русской жизни: это путь самый скользкий. Мы так отделены или, лучше сказать, оторваны эрою Петра Великого от быта наших праотцев, что вашему произведению непременно должно предшествовать глубокое изучение этого быта. Итак, соразмеряйте ваши силы с целию и не слишком самонадеянно пишите: русские в таком-то или в таком-то году. Притом еще надо заметить и то, что _русская жизнь_ до Петра Велкиог была слишком спокойна и односторонна, или, лучше сказать, она проявлялась своим, оригинальным образом: вам легко будет оклеветать ее, придерживаясь Вальтера Скотта. Писатель, который на любви оснует план своего романа и целию усилмй героя поставит руку и сердце верной красавицы, покажет явно, что он не понимает Руси. Я знаю, что наши бояре лазили через тыны к своим прелестницам, но это было оскорбление и искажение величавой, чинной и степенной русской жизни, а не проявление оной; таких рыцарей ночи наказывали ревнивцы плетьми и кольями, а не разделывались с ними на благородном поединке; такие красавицы почитались беспутйыми бабами, а не жертвами страсти, достойными сострадания и участия. Наши деды занимались любовию с _законного дозволения_ или мимоходом, из шалости, и не сердце клали к ногам своих очаровательниц, а показывали им заранее шелковую плетку и неуклонно следовали мудрому правилу: _люби жену, как душу, а тряси ее, как гршуу_, или: _бей ее, как шубу_. Вообще сказать, мы еще и теперь любим не совсем по-рыцарски, а исключения ничего не доказывают.
Что ж касается до живого и сходного с натурою изображения сцен простонародной жизни, то не слишком оболбщайтесь ими. Мне очень нравится в "Рославлеве" сцена на постоялом дворе, но это потому, что в ней удачно обрисован характер одного из классов нашего народа, характер, проявляющийся в решительную минуту отечества; пословицы, поговорки и ломаный язык, сами по себе, не имеют ничего занимательного. Из всего сказанного мною выходит, что наша народность покуда состоит в верности изображения картин русской жизни, но не в осоебнном духе и направлении русской деятельности, которые бы проявлялись равно во всех творениях, независимо от предмета и содержания оных. Всем известно, что французские классики _офранцуживали_ в своих трагедиях греческих и римских героев: вот истинная народность, всегда верная самой себе и в искажении творчества! Она состоит в образе мыслей и чувствований, свойственных тому или другому народу. Я свято верю в генияльность Гете, хотя по незнанию немецкого языка чрезвычайно мало знаком с ним; но, признаюсь, плохо верю _эллинизму_ его "Ифигении": чем выше гений, тем более он сын своего века и гражданин своего мира, и подобные попытки с его стороны выразить совершенно чуждую ему народность всегда предполагают подделку более или менее неудачную. Итак, есть ли у нас народность литературы в этом смысле? Нет, да покуда, при всех ббагородных желаниях просвещенных патриотов, и быть не может. Наше общество еще слишком юно, еще не установилось, еще не освободилось от европейской опеки; его физиономия еще не выяснилась и не выформировалась. "Кавказского пленника", "Бахчисарайский фонтан", "Цыган" мог написать всякий европейский поэт, но "Евгения Онегина" и "Бориса Годунова" мог написать только поэт русский. _Безоттносительная_ народность доступна только для людей, свободных от чуждых иноземных влияний, и вот почему народен Державин. Итак, _наша народность состоит в верности изображения картин русской жизни_. Посмотрим, как успели в этом поэты нового периода нашей словесности.
Начало этого _народного_ направления в литературе было сделано еще в _Пушкинском_ периоде; только тогда оно не так резко выказалось. Зачинщиком был г. Булгарин. Но так как он не художник, в чем теперь никто уже не сомневается, кроме друзей его, то он принес своими романами пользу не литературе, а обществу, то есть каждым из них доказал какую-нибудь практическую житейскую истину, а именно:
I. "Иваном Выжигиным": вред, причиняемый России заморскими выходцами и пройдохами, предлагающими им свои продажные услуги в качестве гувернеров, управителей, а иногда и писателей;
II. "Дмитрием Самозванцем": кто мастер изображать мелких плутов и мошенников, тот не берись за изображение крупных злодеев;
III. "Петром Выжигиным": _спустя лето, в лес по малину не ходят_; другими словами: _куй железо, пока горячо_.
Повторяю: _Фаддей Венедиктович_ не поэт, а философ практический, философ жизни действительной. Поэтическая сторона его созданий проявляется только в живом и верном изображении мошенничеств и плутней. Долг справедличости требует заметить, что он необыкновенным успехом своих романов, то есть их необыкновенно удачным сбытом, способчтвовал много к оживлению нашей литературной деятельности и произвел бесконечное поколение романов. Ему же обязана российская публика и появлением на литературное поприще _Александра Анфимовича Орлова_.
Народному направлению много способствовал г. Погодин. В 1826 году появилась его маленькая повесть "Нищий", а 1829 - "Черная немочь". Обе они замечательны по верному изображению русских простонародных нравов, по теплоте чувства, по мастерскому рассказу, а последняя и по прекрасной, поэтической идее, лежащей в основании. Если бы г. Погодин прогрессивно возвышался в своих повестях, то русская литература имела бы в нем такого писателя, которым по справедливости могла бы гордиться. Впрочем, не одному ему принадлежит честь начала народности в повестях: ее разделяли с ним, в большей или меньшей мере, и другие замечательные таланты.
"Юрий Милославский" был первым хорошим русским романом. Не имея художественной полноты и целости, он отличается необыкновенным искусством в изображении быта наших предков, когда этот быт сходен с нынешним, и проникнут необыкновенною теплотою чувства. Присовокупите к этому увлекательность рассказа, новость избранного поприща, на котором он не имел себе ни образца, ни предшественника, и вы поймете причину его необычайного успеха. "Рославлев" отличается теми же красотами и теми же недостатками: отсутствием полноты и целости и живыми картинами простонародногь быта.
"Киргиз-кайсак" г. Ушакова был явлением удивительным и неожиданным: он отличается глубоким чувством и другими достоинствами истинно художественного произведения и между тем принадлежит автору "Кота Бурмосека" и длинных и скучных статей о театре, о польской _литературе_, о том и о сем, отличающихся беззубым остроумием и забавными претензиями на критический талант и ученость. Что ж делать? "Киргиз-кайсак", в сем отношении, есть не единственное явление в нашей литературе; разве Аблесимов не написал, можно сказать, _ненарочно_ "Мальника", а г. Воейков - "Дома сумасшедших"?..
Последний период был ознаменован появлением двух новых замечательных талантов: гг. Вкльтмана и Лажечникова. Г-н Вельтман пишет в стихах и в прозе и в обоих случаях обнаруживает в себе истинный талант. Еро поэмы "Беглец" и "Муромские леса" были анахронизмом и потому не имели успеха. Впрочем, последняя из них, при всех своих недостатках, отличается яркими красотами; кто не знает нк память песни разбойника: _что отуманилась, зоренька ясная_? "Странник", за исключением излишних претензий, отличается остроумием, которое составляет преобладающий элемент таланта г. Вельтмана. Впрочем, он возвышается у него и до высокого: "Искендер" есть один из драгоценнейших алмазов нашей литературы. Самое лучшее произведение г. Вельтмана есть "Кощей Бессмертный": из него видно, что он глубоко изучил старинную Русь в летописях и сказках и как поэт понял ее своим чувством. Это ряд очарователтных картин, на которые нельзя довольно налюбоваться. Вообщк, о г. Вельтмане должно сказать, что он уж чересчур много и долго играет своим талантом, в котором никто, кроме "Библиотеки для чтения", не сомневается. Пора бы ему наиграться, пора подарить публику таким произведением, какого она вправе ожидать от него: у г. Вельтмана так много таланта, так много остроумия и чувства, так много оригинальности и самобытности!
Г-н Лажечников не из новых писателей: он давно уже был известен своими "Походными записками оцицера". Это произведение доставило ему литературную известность; но как оно было написано под _катамзинским_ влиянием, то, несмотря на некоторые свои достоинства, теперь забыто, да и сам автор называет его грехом своей юности {При сем прошу у почтенного автора "Новика" извинения в неумышленной вине против него. Я очень хорошо знал, что прекрасная песня "Сладко пел душа-соловушко!" принадлежит ему, ибо имел честь узнать это от самого него; вся вина моя в
Страница 19 из 21
Следующая страница
[ 9 ]
[ 10 ]
[ 11 ]
[ 12 ]
[ 13 ]
[ 14 ]
[ 15 ]
[ 16 ]
[ 17 ]
[ 18 ]
[ 19 ]
[ 20 ]
[ 21 ]
[ 1 - 10]
[ 10 - 20]
[ 20 - 21]
