АНДРЕЙ БЕЛЫЙ. НАЧАЛО ВЕКА Страница 115

орого я впоследствии учился тому, как штудировать Канта: с комментариями.]

[36 Там же. 37 С. 41. 904. 38 С. 47. 904. 39 С. 48. 904. 40 С. 44. 904].

Проблема критического мировоззрения волновала меня в эпоху изучения естествознания, она же волновала и в эпоху пребывания моего на филологическом факультете; волновала позднее, определяя встречи с кружком молодых философов - Фохтом, Кубицким, Гордоном, Гессеном, Яковенко, Шпеттом и сколькими, вызывая недоумение, недружелюбие со стороны Брюсова, Мережковского, Иванова, Блока; Брюсов предпочитал в разговорах со мной философии литературу; с Блоком при всем желании было невозможно вести философский спор; в Иванове я старался опрокинуть "реалистическую" концепцию символизма не потому, что она "реалистична", а потому, что его реализм был для меня "метафизическим реализмом".

[Почему же соединялся с ним? Философская оправа на Иванове, филологе, тончайше воспринимавшем "стили" и понимавшем искусство, выглядела "дышлом"; она делалась неопасной мне; его сила и меткость не в философии, а в историзме. Теоретизируя, - он сбивался; но он высказывал тончайшие и глубочайшие истины о символизме, ставя их на исторический фундамент; в моей "теории" он был - отдел, озаглавленный "История символизма"; необходим был Брюсов в другом отделе, озаглавленном: "Символизм и литературные школы".]

В теоретических интересах я был одинок, [и когда говорил врагам "мы", - то разумел себя и надетые на правой руке фикцию "литературоведчества" Брюсова или - "мы - с Брюсовым", на левой - фикцию "исторических экскурсов"; или - "мы - с Ивановым"; я поступал, как напуганный ночной тьмою еврей, показывающий вооруженным разбойникам надетые на руки: шапку и ермолку.

Этр было - нелепо, наивно и гордо; оказалось же - непрактичным: в сумме шишек на моем лбу от критических тумаков я ощупываю и те, которые относимы к Брюсову, и те, которые относимы к Ивснову.]



ТЕОРИЯ ЗНАНИЯ, ИЛИ... "ВЕЛИКАН РИЗА"?



"Законы вещества, устанавливаемые... химией и физикой... модели, сосредоточивающие внимание на требованиях, которые мы должны предъявлять изучению формальных принципов"; 1 "указание на массу как на энергию сопротивления равнозначно указанию на динамический базис всякого учения о массе";2 "законы сохранения вещества... следствия закона сохранения энергии";3 "современные энергетики пытаются даже формы познания вывести из энергетических процессов"; 4 "Рилъ определил причинность как вид энергетического процесса";5 "закон эквивалентов нашел бы свое выражение в формальной эстетике"6 [1 С. 182. 906. 2 С. 183. 906. 3 182. 906].

Так говорит естественник; гносеолог в нем понимает: данные механического мировоззрения - модели; пользоваться ими надо с большой осторожностью; так что: хотя "в термодинамике не обойтись без понятия энергии"7, но это "понятие - определенно лишь в той области, где с этим понятием связано понятие о механической работе"8 оно, "вынесенное за пределы частной науки, становится... совершенно не ясным"? критика основоположений механики ставит его в отношение подчинения к теории знания: "механические и динамические понятия оказываются в зависимости от данных гносеологического анализа"; 10 "переход этих понятий... механики к понятпям гносеологическим стоит в связи с расширением каузальной проблемы"11.

Но критика основоположений всякой "науки ставит науку в отношение подчиннения к теории познания" 12 вне ее и научная систематика есть "систематика... незнания";13 ее формулы, практически не раскрытые в жизненном смысле, - отношения, протекающие между неизвестными величинами, или "винегрет из... методических понятий"; 14 "частные логики... требуют общелогического обоснования"15, или - вскрытия многосмыслия отвлеченных понятий в жизненную осмысленность их:

"Теория знания есть введение ко всякого рода миросо-зерцаниям"; 16 "критическая философия имеет дело с основными проблемами познания"; 17 "она занимает независимое место в ряду прочих наук"; 18 "не против точного смысла научного знания направлено жало...; против иных способов расшитения знания"; 19 "само знание становится предметом";20 "познание - знание о знании" 21.

Что здесь мистического?

В 906, 907, 908 годах Александр Блок и Вячеслав Иванов упрекали "мистика" в отвлеченном рационализме и в безуханной неблагодатности его мыслей о символизме; из "Золотого руна", штаб-квартиры мистических анархистов, летели стрелы Генриха Тастевена по его адресу.

[4 С. 23. 904. 5 С. 31. 904. 6 С. 187. 906. 7 С. 187. 906. 8 С. 187. 906. 9 С. 52. 909. 10 С. 43. 904. 11 С. 44. 904. 12 С. 55. 909. 13 С. 56. 909. и С. 55. 909. 15 С. 54. 909. 16 С. 54. 909. 17 С. 56. 909. 18 С. 57. 909. 19 С. 57. 909. 20 С. 57. 909. 21 С. 57. 907].

Был ли рационалистом я?

Рационализм в первые годы начала столетия был представлен рядом школ, берущих начало в Канте: Коген, На-торп, Кассирер, Кинкель с одной сторноы, Виндельбанд, Риккерт, Ласк, Кон, Христиансен - с другой рационализировали до крайности трансцендентальный идеализм Канта; отношение к Канту было экзаменом на право быть принятым в общество "порядочно" мыслящих; для этого надо было усидчиво преодолевать некую понятийную гимнастику, заменяющую мировоззрение овладением приемами схоластических головоломок, как-то; знать, чем форма отличается от "формы формы" и почему "форма формы формы" равна "форме формы" 22.

[22 Этими уточнениями занимались последователи ученика Риккерта, профессора Ласка]

В 1905 году я писал против идеализма и рационализма: "Переоценка ценностей... выразилась в бунте против узкого материализма и натурализма... Но... не к рационализму, не... к идеализму призывала новая литературная школа"; в этом-то "но не..." и была загвоздка для понимания моих тогдашних идей; "ео" предполагало какое-то "хотя - однако"; "хотя" - относилось к условному допущению метода в отмежеванной ему сфере; "однако" - относилось к отрицанию реашьности за методическим смыслом; "но не", - на нем спотыкались: товарищи символисты и "враги" - идеалисты, рационалисты, механицисты, позитивисты, наивные материалисты, метафизические реалисты и теософы; они смешивали в молодом символисте две проблемы: овладения языком, т. е. умением говорить при случае как идеалист, как метафизик, как механицист, как материалист, как теософ, и оценки языка как определяющего мировоззрения; я учился у идеалистов: они блыи склонными порою меня счесть своим, видя меня оперирующим их понятиями; глупые люди и доселе видят в моих естественнонаучных интересах лишь желание примазаться к... Молешотту; это доказали иные из читателей книги "На рубеже".

Через всю жизнь проходит знакомая картина: Степпун, Гессен, проф. Богдан Кистяковский мне говорят: "Тут вы мыслите как... риккертианец"; Мережковский в 1902 году заявляет студенту-естественнику: "Вы - наши, мы - ваши"; социал-демократ Валентинов видит в позиции "Эмблематики смысла" позицию, близкую к социализму; Георгий Чулков в 1905 году записывает и меня в "мистическую соборность"; Гончарова в 1902-ом записывает в теософа. И это оттого, что они видят во мне - "хотя"; "хотя" - означает: умение говорить как мистик, как идеалист, как позитивист и т. д.; смешивают средство, учебу, - с целью: с заданием критически вскрыть корни "языка"; разглядеть в нем заблуждение; и даже: увидеть в заблуждении искажение истины, подобное искажению ее в теории, забракованной Лавуазье.

Это "хотя - однако" - выявление в естественнике проблемы ножниц, о которой я говорю подробно в книге "На рубеже", жалуясь, что понимающий меня в науке отец приходил в ужас от "мистики" стихотворений, мною написанных; не понимающий этих стремлений литературный патрон, М. С. Соловьев, всемерно покровительствовал "художеству".

Это проистекало из усилий выработать собственную теорию знания, а не взять ее напрокат; изучая жаргон Канта, не делался кантианцем; изучив жаргон Владимира Соловьева, написал о его философии, что она "малоговорящая метпфизика"23, хотя личность Соловьева чтил чрезвычайно.

Теория Канта для меня - "только проблема";2 4теория знания "отсутствует у Канта";25 "теории знания как науки нет у него"; 26 у него же "выведение опыта из... предпосылок лишает объект знания прелметной знвчимости: содержание выводится из формы... "Вещь в себе"... оказывается мыслимым понятием...; улетучивается... объективно данный материал...; бытие становится формой мысли"; 27 "тяжкая форма хронического незнания по пунктам есть предмет гордости нескольких теоретико-познавательных школ";28 "Кант... был восьмым книжным шкафом своей библиотеки... Может ли книжный шкаф обладать личным товрчеством"; 29 "из кантовского критицизма, отрицающего существенность познагия, выход или в позитивизм, или к Гегелю" 30.

[223 См. "Арабески". Владимир Соловьев (силуэт). 24 С. 60. 909. 25 С. 59-60. 909. 26 С. 60. 909. 27 С. 69. 909.28 Ар. 213. 910. 29 С. 215. 919. 30 С. 27. 904].

Позитивизм - отвергнут; Гегель - метафизичен; и я зову от Канта к постановке по-новому его проблем, чтобы с критицизмом как тенюенцией встретились актуальные проблемы начала века; и жду от встречи новой теории знания: насквозь критической, насквозь жизненной; в ней не только возможно обоснование эстетики в логике, но и логики в эстетике; она должна вскрыть самое творчество как точную фантазию мысли.

Такая теория только - загадана; мое задание: сдвинуть ее с точки загаданности хотя бы на шаг.

Осуществление в усилиях поколений.

Здесь корень моего символизма: он - в мироощущении рубежа, в опыте понимания, что "несостоятельность научно-философских теорий в... оценке... бытия и необходимость подобной их оценки... побуждает перейти за пределы теорий"31, провозглашающих предел познанию и полагающих бытие в непознаваемом; вот где корень "потусторонности", аромат которой разливпет мой литературный портрет (чуть было не сказал "памфлет").

Не раз употреблляю я термин "трансцендентный". В каком смысле? В смысле перехода границ ограниченного познанья - познанием же, а не верой; переход -
Страница 115 из 116 Следующая страница