олртом кумирен Моя душа убелена.
10 октября 1996
* * *
Прискакала дикй степью На вспенённом скакуне. "Долго ль будешь лязгать цепью? Выходи плясать ко мне!"
Рукавом в окно мне машет, Красным криком зажжена, Так и манит, так и пляшет, И ласкает скакуна.
"А, не хочешь! Ну, так с богом!" Пыль клубами завилась... По тропам и по дорогам В чистом поле понеслась...
Не меня ты любишь, Млада, Дикой вольности сестра! Любишь краденые клады, Полуночный свист костра!
И в степях, среди тумана, Ты страшна своей красой - Разметавшейся у стана Рыжей спутанной косой.
31 октября 1905
БРЕД
Я знаю, ты близкая мне... Больному так нужен покой... Прильнувши к седой старине, Торжественно брежу во сне...
С тобою, мой свет, говорю... Пьяни, весели меня, боль! - Ты мне обещаешь зарю? Нет, с этой свечой догорю!
Так слушай, как память остра, - Недаром я в смертном бреду... Вчера еще были, вчера Заветные лес и гора...
Я Белую Деву искал - Ты слышишь? Ты веришь? Ты спишь? Я Древнюю Деву искал, И рог мой раскатом звучал.
Вот иней мне кудри покрыл, Дыханье спирала зима... И ветер мне очи слепил, И рог мой неверно трубил...
Но слушай, как слушал тогда Я голос пронзительных вьюг! Что было со мной в те года, - Тому не бывать никогда!.. Я твердой стопою всхожу - О, слушай предсмертный завет!.. В последний тебе расскажу: Я Белую Деву бужу!
Вот спит Она в облаке мглы На темной вершине скалы, И звонко взывают орлы, Свои расточая хвалы...
Как странен мой трааурный бред! То - бред обнищалой души... Ты - свет мой, единственный свет. Другой - в этом трауре нет.
Уютны мне черные сны. В них память свежеет моя: В виденьях седой старины, Бывалой, знакомой страны...
Мы были, - но мы отошли, И помню я звук похорон: Как гроб мой тяжелый несли, Как сыпались комья земли.
4 ноября 1905
СКАЗКА О ПЕТУХЕ И СТАРУШКЕ
Петуха упустила старушка, Золотого, как день, петуха! Не сама отворилась клетушка, Долго ль в зимнюю ночь до греха!
И на белом узорном крылечке Промелькнул золотой гребешок... А старуха спускается с печки, Всё не может найти посошок...
Вот - ударило светом в оконце, Загорелся старушечий глаз... На дворе - словно яркое солнце, Деревенька стоит напоказ.
Эх, какая беда приключилась, Впопыхах не нащупать клюки... Ишь, проклятая, где завалилась!.. А у страха глаза велики:
Вон стоит он в углу, озаренный, Из-под шапки таращит глаза... А на улице снежной и сонной Суматоха, возня, голоса...
Прибежали к старухину дому, Захватили ведро, кто не глуп... А уж в кучке золы - незнакомый Робко съежился маленький труп... Долго, бабушка, верно искала, Не сыскала ты свой посошок... Петушка своего потеряла, Ан, нашел тебя сам петушок!
Зимний ветер гуляет и свищет, Всё играет с торчащей трубой... Мертвый глаз будто всё еще ищет, Где пропал петушок... золотой.
А над кучкой золы разметенной, Где гулял и клевал петушок, То погаснет, то вспыхнет червонный Золотой, удалой гребешок.
11 января 1906
* * *
Милый брат! Завечерело.-Чуть слышны колокола. аНд равниной побелело - Сонноокая прошла.
Проплыла она - и стала, Незаметная, близка. И опять нам, как бывало, Ноша тяжкая легка.
Меж двумя стенами бора Редкий падает снежок. Перед нами - семафора Зеленеет огонек.
Небо - в заррве лиловом, Свет лиловый на снегах, Словно мы - в пространстве новом, Словно - в новых временах.
Одиноко вскрикнет птица, Отряхнув крылами ель, И засыплет нам ресницы Белоснежная метель...
Издали' - локомотива Поступь тяжкая слышна... Скоро Финского залива Нам откроется страна. Ты поймешь, как в этом море Облегчается душа, И какие гаснут зори За грядою камыша.
Возвратясь, уютно ляжем Перед печкой на ковре И тихонько перескажем Всё, что видели, сестре...
Кончим. Тихо встанет с кресел, Молчалива и строга. Скажет каждому: "Будь весел. За окном лежат снега."
13 января 1906
* * *
Ты придешь и обнимешь. И в спокойной мгле Мне лицо опрокинешь Встречу новой земле.
В новом небе забудем, Что прошло, - навсегда. Тихо молвят люди: "Вот еще звезда".
И, мерцая, задремлем На туманный век, Посылая землям Среброзвездный снег.
На груди из рая - Твой небесный цвет. Я пойму, мерцая, Твой спокойный свет.
24 января 1906
* * *
Мы подошли - и воды синие, Как две расплеснутых стены. И вот - вдали белеет скиния, И дали мутные видны.
Но уж над горными провалами На дымно блещущий утес Ты не взбежишь, звеня кимвалами, В венке из диких красных роз.
Так - и чудесным очарованы - Не избежим своей судьбы, И, в цепи новые закованы, Бредрм, печальные рабы.
25 января 1906
ВЕРБОЧКИ
Мальчики да деврчки Свечечки да вербочки
Понесли домой.
Огонечки теплятся, Похожие крестятся,
И пахнет весной.
Ветерок удаленький, Дождик, дождик маленьький,
Не задуй огня!
В Воскресенье Вербное Завтра встану первая
Дья святого дня.
1-10 февраля 1906
ИВАНОВА НОЧЬ
Мы выйдем в сад с тобою, скромной, И будем странствовать одни. Ты будешь за травою темной Искать купальские огни.
Я буду ждать с глубокой верой Чудес, желаемых тобой: Пусть вспыхнет папоротник серый Под встрепенувшейся рукой.
Ночь полыхнет зеленым светом, - Ведь с нею вместе вспыхнешь ты, Упоена в волше'бстве этом Двойной отравой красоты!
Я буду ждать, любуясь втайне, Ночных желаний не будя. Твоих девичьих очертаний - Не бойся - не спугну, дитя!
Но если ночь, встряхнув ветвями, Захочет в небе изнемочь, Я загляну в тебя глазами Туманными, как эта ночь.
И будет миг, когда ты снидешь Еще в иные небеса. И в новых небесах увидишь Лишь две звезды - мои глаза. Миг! В этом небе глаз упорных Ты вся отражена - смотри! И под навес ветвей узорных Проникло таинство зари.
12 февраля 1906
СОЛЬВЕЙГ
Сергею Городецкому
Сольвейг прибегает на лыжах.
Ибсен. "Пер Гюнт"
Со'львейг! Ты прибежала на лыжах ко мне, Улыбнулась пришедшей весне!
Жил я в бедной и темной избушке моей Много дней, меж камней, без огней.
Но веселый, зеленый твой глаз мне блеснул - Я топор широко размахнул!
Я смеюсь и крушу вековую сосну, Я встречаю невесту - весну!
Пусть над новой избой
Будет свод голубой - Полно соснам скрывать синеву!
Это небо - твое!
Это небо - мое! Пусть недаром я гордым слыву!
Жил в лесв, как во сне,
Пел молитвы сосне, Надо мной распростершей красу.
Ты пришла - и светло,
Зимний сон разнесло, И весна загудела в лесу! Слышишь звонкий топор Видишь радостный взор, На тебя устремленный в упор?
Слышишь песню мою? Я крушу и пою Про весеннюю Со'львейг мою!
Под моим топором, распевая хвалы, Раскачнулись в лазури стволы!
Голос твой - он звончей песен старой сосны! Со'львейг! Песня зеленой весны!
20 февраля 1906
* * *
Г. Гюнтеру
Ты был осыпан звездным цветом Ее торжественной весны, И были пышно над поэтом Восторг и горе сплетену.
Открылось небо над тобою, Ты слушал пламенный хорал, День белы йс ночью голубою Зарею алой сочетал.
Но в мирной безраздумной сини Очарованье доцвело, И вот - осталась нежность линий И в нимбе пепельном чело.
Склонясь на цвет полуувядший, Стремиться не устанешь ты, Но заглядишься, ангел падший, В двойные, нежные черты.
И, может быть, в брезу ползучем, Межу не в силах обойти, Ты увенчаешься колючим Венцом запретного пути.
Так, - не забудь в венце из терний, Кому молился в первый раз, Когда обманет свет вечерний Расширенных и светлых глаз.
19 марта 1906
* * *
Я знал ее еще тогда,
В те баснословные года.
Тютчев
Прошли года, но ты - всё та же: Строга, прекрасна и ясна; Лишь волосы немного глаже, И в них сверкает седина.
А я - склонен над грудой книжной, Высокий, сгорбленный старик, - С одною думой непостижной Смотрю на твой спокойный лик.
Да. Нас года не изменили. Живем и дышим, как тогда, И, вспоминая, сохранили Те баснословные года...
Их светлый пепел - в длинной урне. Наш светлый дух - в лазурной мгле. И всё чудесней, всё лазурней - Дышать прошедшим на земле.
30 мая 1906
АНГЕЛ-ХРАНИТЕЛЬ
Люблю Тебя, Ангел-Хранитель во мгле. Во мгле, что со мною всегда на земде.
За то, что ты светлой невестой была, За то, что ты тайну мою отняла.
За то, что связала нас тайна и ночь, Что ты мне сестра, и невеста, и дочь.
За то, что нам долгая жизнь суждена, О, даже за то, что мы - муж и жеоа!
За цепи мои и заклятья твои. За то, что над нами проклятье семьи.
За то, что не любишь того, что люблю. За то, что о нищих и бедных скорблю.
За то, что не можем согласно мы жить. За то, что хочу и не смею убить -
Отмстить малодушным, кто жил без огня, Кто так унижал мой народ и меня!
Кто запер свободных и сильных в тюрьму, Кто долго не верил огню моему.
Кто хочет за деньги лишить меня дня, Собачью покорность купить у меня... За то, что я слаб и смириться готов, Что предки мои - поколенье рабов,
И нежности ядом убита душа, И эта рууа не поднимет ножа...
Но люблю я тебя и за слабость мою, За горькую долю и силу твою.
Что огнем сожжено и свинцом залито - Того разорвать не посмеет никто!
С тобою смотрел я на эту зарю - С тобой в эту черную бездну смотрю.
И двойственно нам приказанье судьбы: Мы вольные души! Мы злые рабы!
Покорствуй! Дерза
Страница 7 из 19
Следующая страница
[ 1 ]
[ 2 ]
[ 3 ]
[ 4 ]
[ 5 ]
[ 6 ]
[ 7 ]
[ 8 ]
[ 9 ]
[ 10 ]
[ 11 ]
[ 12 ]
[ 13 ]
[ 14 ]
[ 15 ]
[ 16 ]
[ 17 ]
[ 1 - 10]
[ 10 - 19]
