ЛИДИЯ ЧАРСКАЯ ЗАПИСКИ СИРОТКИ Страница 4

, что сам торопил меня садиться за книжку. Ирина очень довольна была нашими занятиями и смотрела на меня гораздо ласковее.

- Не балует парнишка! С ребятами не дерется, и то хорошо! - говорила она и даже погладила меня как-то по головке.

Между тем наступили сенокосы. Мы с Ваней с утра побежали в поле, где уже работали "старшие". Я едва узнала няню в сарафане и платочке.

- Нянечка, какая ты смешная! - крикнула я ей еще издали. - Зачем ты так оделась?

- Жарко, Катенька, да и в городском платье косить неудобно.

Я села на скошенное место и смотрела, как красиво ложилась высокая, зеленая трава под косами работников. Они косили без отдыха, изредка только кто-нибудь из баб подходил покормить и плкачать ребенка, спавшего тут же на сене, или испить квасу, принесенного ребятишками из деревни.

- Катя, Катя, беги сюда, беги скорее, - кричала мне няня, отошедшая довольно далеко.

Я вскочила с травы и кинулась к ней взапуски с Ванюшей.





Глава одиннадцатая



НЯНИНА НАХОДКА





- Тише, дети, тише, не растопчите! - останавливала нас няня, закрывая от нас собою что-то лежащее в траве.

- Что это там, нянечка? - сгорала я от любопытства.

- Да это птенчики! - вдруг весело вскричал Ванюша, успев заглянуть через руку матери.

- Птенчики, да, нянечка? - и я наклонилась к траве и увидела маленькое гнездышко, в котором пищали четыре крохотные, еще почти голенькие птички.

- Это они мать кличут, ишь как зовут-то, сердешные! - ласково говорила няня и, взяв гнездышко в руки, стала согревать птичек своим дыханием.

- Мама, мы их домой возьмем? - спросил Ваня.

- Нет, нет, как же они без матери останутся, они умрут! - возразила я.

Мне очень хотелось взять домой малюток, выкормить их и вырастить, но мне было жаль их мамы - бедной маленькой птички, - мамы, которая, вероятно, полетела за кормом своим птенчикамм и будет очень плакать, если не найдет своего гнездышка.

"А тут их съест кошка, или злые мальчишки разорят гнездышко", - вдруг пришло мне в голову.

-Что же делать, нянечка? - приставала я к ней. - Придумай что-нибудь, пожалуйста!

- А дома съест Мишка! - догадался Ваня.

- Это правда, дети! И чтобы ничего этого не случилось, сделаем так. Птички останутся здесь до вечера, и мы покараулим - прилетит или нет к ним их мама. Если птичка не вернется в гнездышко, то мы унесем его с собою и поместим птичек там, где Мишка их не достанет. Только вы стерегите хорошенько.

Я и Ваня ужасно обрадовались новому змнятию. Целый вечер до самого окончания работ мы не сходили с места, поджидая птичку. Но она не прилетела. Тогда мы с радостью взяли гнездышко с собой.

Мы с Ванюшей несли его по очереди до дома. Уморительно и жалко было смотреть на неоперившихся птенчиков, так смешно вытягпвавших шейки и выводивших свое: "пиу, пиу".

Придя в избу, мы прежде всего заперли в кладовку Мишку, потом наловили комаров и червячков и накормили ими наших маленьких питомцев.

Они скоро перестали пищать и уснули, уткнув под крылышки свои большие желтые носики. Перед ночью, однако, они снова захотели есть и запищали на разные лады. Мы наловили комаров и накормили маленькое семейство.





Глава двенадцатая



В ГОРОДЕ





Когда мы подходили на другое утро к городу, во всех церквах звонили в колокола. Няня не велела мне отходить от нее ни на улице, ни в церкви, боясь потерять меня в толпе.

Она крепко держала меня за руку, а Марья вела Ванюшу. На улице было очень шумно и людно. Еле-еле пробрались мы к церкви и встали у паперти. В церкоь нельзя было войти. Народ стоял там большой толпой, и нигде не было ни местечка.

По окончании службы из церкви понесли образа, и певчие со священником пошли на площадь и по улицам города.

- Это крестный ход, - пояснила мне няня и провела меня под самыми образами среди целой вегеницы молящихся.

Мне было так весело и приятно слышать пение, видеть блестящие на солнышке ризы образов и пеструю толпу!

Мы пошли вслед за крестным ходом и вернулись снова к церкви.

- Ну, вот и помолились боженьке, - весело сказала няня, - а теперь закусим да и на ярмарку.

В церковной ограде многие богомольцы уже разложили свои пожитки и закусывали на скорую руку.

Тут же сидели и нищие, слепые и разные убогие, распевая духовные песни.

- Добрые люди, подайте бедному безногому! - раздался за нами жалобный голос.

Я обернулась и увидела несчастного калеку, у кгторого не было ног от самых коленей.

Мне стало до слез жаль его.

- Няня, нянечка, - шептала я, дергая няню за платье, - дай ему копеечку...

- Сейчас, Катенька, - и она полезла в карман и, достав медную денежку, подала мне для передачи бедняку.

Япротянула руку и чуть не вскрикнула: у бедного калеки не было ни одного пальца на руках.

"Господи! Господи! - думала я. - Вот мы все здоровые, довольные, сытые, а он, бедный, как должен мучиться! А я еще капризничаю подчас, когда не исполняют мои прихоти, а у этого бедняка нету самого необходимого".





Глава тринадцатая



НА ЯРМАРКЕ. МЕДВЕДЬ НАПУГАЛ





- О чем ты, Катенька? - утешала меня няня видя, что я горько плачу.

- Ах, нянечка, если бы ты знала, как мне жаль его! - призналась я.

- Что ж делать, моя девочка, слезами не поможешь, а вот лучше молись боженьке за всех бедных и убогих, и господь твоими молитвами поможет им.

- Да, да, нянечка, буду молиться! Непременно, - обещала я.

- Ну, а теперь пойдемте на ярмарку, налево кругом мард! - скомандовал дядя Василий, поднимаясь с места.

- Платки, чулки, бусы, сережки, кольца! - раздался звонкий голос продавца-ларечника на одном конце площади.

- Леденцы паточные, орех икаленые, пряники свежие! - кричал другой голос.

- Шелк, сукно, бархат, ленты! - выкрикивал третий.

У меня голова кружилась от этого шума. Я крепко прижималась к няне, боясь отстать от нее на шаг.

Днревенские дети и девушки в ярких сарафанах сновали между ларьками, покупали гостинцы и бойко торговались...

- Что тебе купить, Катенька? - спрашивали меня с двух сторон то Марьюша, то няня.

Ванюш уже получил от отца сусального конька и целую шапку орехов.

- Дудку бы еще, тятя, - попросил мальчик.

- Ну, дудку - так дудку! - и дядя Федор сторговал племяннику дешевую игрушку.

Ванюша весь сиял от удовольствия, прижимая к груди подарки. Мне, избалованной городской девочке, не могли нравиться эти дешевые, грубые игрушки, и на вопрос "что мне хочется" я поблагодарила няню и попросила ее позволить мне прокатиться на каруседи.

- Ну, хорошо, - согласилась няня, - дядя Василий проведет тебя к каруселям; только ты слушайся его и будь умница.

Василий взял меня за руку и подвел к палатке, в которой кружилось под музыку несколько деревянных лошадок с седоками и саночками.

Меня посадиои в саночки, и я закружилась очень быстро... К Василию в эту минуту подошел его знакомый мужичок, и они разговорились неподалеку от карусели. Лошадки и саночки кружились все скорее и скорее... Наконец они остановились. Я вылезла из саночек и хотела подойти к Василию, как вдруг около меня поднялась суматоха.

- Медведь! Медвпдь идет! - кричали кругом. Я страшно испугалась и чуть не закричала, но скоро успокоилась.

Медведь был на цепи... Его вел хозяин. Я видела медведей до сих пор на картинках и в клетке в Зоологическом саду, куда меня водила мама. А тут вдруг большой настоящий медведь на воле, совсем около меня! Мне стало страшно... Я хотела позвать дядю Василия, но толпа, подошедшая смотреть медведя, заслоняла его от меня.

- А ну-ка, Мишенька, как ребята горох воруют! - закричал вожак.

И Мишка, смешно переваливаясь, показыварт вид, точно что-то собирает на земле и кладет в карман. При этом он так смешно оглядывался по сторонам, что все хохотали.

- Ну-ка, а теперь, Мишенька, как бабы за водой ходят! - сказал вожак и подал медведю палку.

Тот положил ее на спину вроде коромысла и пошел вокруг переваливаясь.

- Ай да Миша, молодец! - кричали в толпе. - А ну-ка еще, еще!

Но медведь больше не хотел, устал да и жарко было. Как ни уговаривал его хозяин - он не слушался.

- Ишь ты, какой упрямый, ну, погоди же, я тебя выучу слышаться, - рассердился вожак и изо всей силы ударил Мишку. Медведь зарычал и вскочил на ноги так быстро, что вырвал цепь из рук вожака и бросился в толпу. Все со страшным криком кинулись в разные стороны. Я побежала, громко крича и плача, по площади вслед за толпою. Мне все казалось, что страшный Мишка гонится за мною, и я все бежала, бежала без оглядки по длинным, незнакомым улицам... и, наконец, забежав в какой-то пустынный дворик, упала на крыльцо маленького дрмика.



Глава четырнадцатая



МАЛЕНЬКИЙ АЛЬФ ИЗ ЦИРКА ГОСПОДИНА ЛЕНЧА



- Девочак, а девочка, что с тобою? Зачем ты лежишь здесь? Ты больна? - услышала я тоненький голос.

Я открыла глаза и увидела маленького, худенького мальчика в старом рваном костюмчике.

- Как тебя зовут, - спросил меня мальчик, - и как ты здесь очутилась?

Я рассказала ему, как попала на ярмарку, испугалась медведя и потеряла няню.

- А ты кто? - спросила я моего нового знакомого.

- Я - Альф... Канатный плясун из цирка господина Ленча.

- Ах, так ты, значит, тот маленький мальчик, который ходит по канату на воздухе? - удивилась я.

Я вспомнила, как мама водила меня в цирк смотреть на клоунов, акробатов и дрессированных собачек.

- Да, я хожу по канату. Но, знаешь, девочка, лучше тебе уйти отсюда, прежде чем придет хозяин домой. Он теперь в цирке приготовляет все к вечернему представлению, но беда, если он вернется.

- Но почему же? Твой хозяин, наверное, научит меня, как отыскать няню, и даже проводит к ней.

- Нет, девочка, ты не знаешь нашего хозяина. Он собирает маленьких девочек и мальчиков и учит их разным трудным штукам. Теперь у нас умерла самая маленькая девочка - Роза, которую называли "Врздушная фея", ее некому заменить. Если хозяин увидит тебя, он уже не отпустит тебя домой и ты займешь место Розы.

- А он дурно обращается с вами? - со страхом спросила я мальчика.

- О, хозяин очень зьой человек, он
Страница 4 из 13 Следующая страница