Л. А. Чарская СЧАСТЛИВЧИК Страница 11

И от пилюль Мик-Мик избавил Счастливчика.

-- Помилуйте,-- говорил он бабушке,-- да его с вашими пилюлями засмеют мальчики.

И пилюли отменили. Но зато...

Зато вместо пилюль в ранец Счастливчика няня каждое утро умудряется всовывать тщательно закупоренную и обвязанную в вату бутылку с горячим какао и маленький эмалированный стакан. С этим еще туда-сюда можно примириться, тем более что к какао прилагаются всегда и очень вкусные сладкие бисквиты.

Каждый раз, из боязни, что Счастливчик не выпьет какао, няня перед отъездом в гмназию спрашивает:

-- Кирушка, мой батюшка, а ты сам ли пьешь-то какао?

-- Сам, нянечка, сам!

-- Мальчикам не даешь ли?

-- Не даю, няня.

-- То-то, мой батюшка, кушай на здоровье, мальчишкам не раздавай. Им што? Они рады у маленького отнять -- обидеть ребенка.

-- Да никто не обижает меня, няня, что ты! -- уверяет няню Счастливчик.

Итак Счастлисчик, стоя у окна, с большим аппетитом уписывает свой завтрак и запивает его какао. Дома Счастливчик так не ест. Дома его насилу уговаривают съесть за обедом котлетку или крылышко цыпленка, а здесь, при виде завтракающих с таким удовольствием мальчуганов, Кира и сам чувствует особенный аппетит и желание основательно покушать. Около него стоит Помидор Иванович. У Вани Курнышова в руках вмрсто бутерброда огромная краюха черного хлеба, густо посыпанняа солью.

Ваня, красный, довольный, с полным удовольствием уписывает за обе щеки.

Его родители приучили своего мальчика с самого раннего детства к таким простым завтракам, и они кажутся ему, Ване, лучше всяких разносолов.

-- Не хочешь ли половину моей булки? -- предлагает Счастливчик товарищу, с которым он успел очень сойтись за последнее время.

-- А там что у тебя за птица? -- осведомляется Ваня.-- Небось, котлетка -- маленькая, точно конфетка, соус труляля, готовил повар, а есть нечего, потому что воздух один, мальчик-с-пальчик, а не котлетка, с мизинец ростом.

-- Ха-ха-ха! -- заливается на замечание Вани Счастливчик.

-- Кушайте сами, а мы своей краюхой премного сыты и довольны,-- дурачится Помидор Иванович и так хрустит белыми, как миндалины, зубами, разжевывая поджаренную корку хлеба, что любг и слушать,-и смотреть.

Однако не доесть Ване своей краюшки, как и Счастливчику не доесть своей булки. Оба положили оставшиеся куски на подоконник и отошли от окошка. Аля Голубин видел, как отошли Счастливчик и Ваня, видел и лежавшие на окне куски.

Под ложечкой у Али засосало сильнее. Глаза невольно так и косятся на злополучное окошечко, на бутерброд.

-- Господи! Господи! Хоть бы один кусочек! Хоть бы краюшпяку попробовать только,- томится Аля.-- Только бы попробовать, только бы заморить немножко червячка.

Желание есть, голод сильнее мальчика... Попросить товарищей? О нет, он не попросит никогда! Он, Аля, не нищий, милостыни ему не надо. Его мама говорит так часто своему мальчику: "Бедняк должен быть горд, Аля: бедняка обидеть легче всего".

О, он отлично понимает это! О, он гордый! Он никогда ничего ни у кшго не просит, как и его мама. Никто и не знает, как он бывает голоден ежедневно. Никто и не подозревает, что он приходит каждый день без завтрака в гимназию. Когда все мальчики закусывают в классе, он уходит. Уходит в коридор, на лестницу, в залу. А сейчас он остался. Голод сильнее, чем когда-либо, мучит его сегодня. Его так и тянет посмотреть, только посмотреть, как кушают другие... И вот этот кусочек хлеба на окне и четвертушка французской булки с маслом и котлеткой!.. Ах, господи, да разве это дурно взять их себе?.. Ведь никому больше не принадлежит это. Все равно сторож выкинет эти остатки завтрака в грязное ведро... Аля живо окидывает глазами класс. Никто не смотрит, никто не видмт. Один Раев, Кира, Лилипутик, стоит поблизости, но и он не видит его, задумался и смотрит в окно своими черными глазами. Аля делает шаг... другой... третий. Протягивает руку... Хватает куски хлеба и булки, подносит их ко рту... и ест... Ест быстро и жабно , как маленький проголодавшийся зверек.

Бедный Аля! Бедный Гоолубин!

Когда злополучные куски съедены и от них остались одни только крошки, Аля, как вор, бочком пробирается на свое место. Там на скамейке уже сидит его сосед, Счастливчик. Лицо у Счастливчика грустное, расстроенное. Глаза смотрят печально и смущенно.

Он вскидывает на Алю взглядом, полным такой жалости и ласки, что у маленького Голубина сердце екает в груди.

-- Видел! Он все видел! -- трепещет напуганная душа Али, и он бросает, в свою очередь, молящий взгляд на Счастливчика.-- Не выдавай меня! Не выдавай меня, ради бога, Счастливчик! -- малиновый от стыда, испуганно шепчет несчастный Аля.

Сердце Счастливчика буквально рвется от жалости и любви... Он хочет произнести слово и не может. Слезы щекотят ему горло. Они готовы брызнуть из глаз.

А Аля все шепчет и шепчет:

-- Молчи, молчи, Счастливчик... ради бога... Никому не говори. Мне хотелось кушать... Я не мог сдержаться... У меня мамочка бедная... Денег нет... Завтраков нет... Мы и то кушаем только раз в сутки...

Счастливчик молчит. Только горло его сжимается от желания заплакать, зарыдать громко, неудержимо... Так жаль этого милого бледненького голодного Алю, так мучительно жаль!..

Но надо успокоить Алю, надо во что бы то ни стало... В ушах Счастливчика вдруг раздается знакомая фраза Мик-Мика: "Старайся быть маленьким мужчиной, Кира!"

Да, да, он им будет! Он должен быть маленьким мужчиной. И делая невероятное усилие над собой, Счастливчик берет за руку Алю и говорит тихо, но твердо, голосом, не допыскающим возражений.

-- Мы с тобой товарищи и соседи. И со мной ты не должен стесняться... Я был гадкий, потому что не замечал того, что делается у меня под самым носом. Не замечал того, что ты никогда не приносишь завтраков с собою... Прости, милый, и если ты простиб и не сердишься на меня, то мы... мы... мы с тобой будем каждый день кушать мой завтрак. Понял? Мне одному дают слишком много, не съесть даже, а ты... а ты...

Тут Счастливчик замолк, заерзал по скамейке и заморгал своими огромными черными глазами. Лицо у него получилось самое смущенное, самое просительное, точно не он делал одолжение другому, а сам просил о милости и одолжении . И взглянув на это милое, смущенное личико, Аля схватил Счастливчика за руку, мотнул головою и, проглотив скатившуюся по щеке слезинку, шепнул чуть слышно:

-- Спасибо тебе, спасибо, ты добрый, о, какой ты добрый, Лилипутик!

И мальчики обнялись, как братья.







ГЛАВА XIX



-- Дай мне это старое перышко, тебе не надо?

-- Ах, сколько у тебя грязных марок, поделись со мной!

-- Слушай, эта ломаная ручка -- твоя? Подари мне ее! И трамвайные билеты заодно подари. Зачем тебе сохранять трамвайные билеты?

Костя Гарцев кочует, как цыган, по классу и выклянчивает всякую ненужную дрянь у того или другого товарища.

У него оба кармана набиты доверху самыми разнообразными вещами: тут и старые поломанные перья, и испорченный ножик, и грязные марки, и засаленные картинки, и обгрызи карандашей.

Костя, как скупец, прячет и бережет свои сокровища. Если открыть ящик его стола, там можно с успехом увидеть всякую ненужную ветошь, начиная с целой коллекции старых вставочек и кончая всевозможными коробочками и даже... стоптанным каблуком.

Товарищи не любят за это Костю и называют его Скопидомом Но Косте мало делс до этого. Лишь бы не отказывались давать все то, что может получить от них он -- Костя. И он озабоченно протискивается между партами, рыженький, сгорбленный, подслеповатый, и лепечет тихонько:

-- Дай то, подари другое, пожалуйста, подари.

-- Цыган! Скопидом! Попрошайка! -- ворчат мальчики.-- И не стыдно тебе канючить!

-- Не стыдно,-- отвечает Костя и усиленно моргает своими подслеповатыми глазами.-- Когда я наберу целый воз всякого старья, то отошлю в Китай и мне пришлют оттуда живого мальчика-китайца! Да, живого маленького китайца!

Эффект вышел неожиданный на этот раз. Поразительный эффект! Маленький живой китаец! С этим как-никак, а надо считаться! А Костя продолжает, заметив произведенное его словами впечатление:

-- И он будет носить каждый день мой ранец и провожать меня в гимназию! -- говорит Кстя и тут же вдохновенно прибавляет с разгоревшимися глазами.-- Он будет одет в длинный шелковый костюм, и у него будет коса до пяток, длиннейшая. Интересно -- стрксть! Все смотреть будут.

Действительно, интересно! Живой китаец! Вот так штука! И живо заинтересованный "штукой", весь класс теперь решает помогать Косте копить его сокровища. Каждому лестно иметь в своем кругу товарища, у которого есть настоящий живой маленький китаец, с косою до пят, да еще в шелковом платье.

И все тащат в ящик Гарцевав кто что может: перья, карандаши, коробки, марки, трамвайные билеты, бумагу, камни, картинки, мелкие обломки всяких вещей и игрушек.

Ивась Янко превзошел всех, решительно всех. Придя как-то утром первым в гимназию, он притащил с собою коробку от сардинок, не вполне вымытую вдобавок, и целый остов съеденного жареного гуся и то, и другое положил в ящик Косте. И от гуся, и от коробки получился такой аромат, что Дедушка, Корнил Демьянович, вошедший в класс за мальчиками, чтобы вести их на молитву, повел носом и с гримасой отвращения на лице спросил:

-- Что это, крыса что ли мертвая гниет под полом, что так пахнет?

И тут же пошел наводить справки, что бы это могло быть. У парты Кости Гарцевав резкий запах точно по носу ударил восиптателя.

-- Какой уэас! -- произнес Корнил Демьянович и приподнял крышку.

Остатки гуся, начавшие уже портиться (гуся жарили в доме Янко дней пять тому назад), и жестянка из-под сардинок издавали самый ужасный запах.

Сконфуженный, красный до корней волос, Костя смущенно заявляет Дедушке, что все это -- и гусь, и жестянка, и сам запах -- ничего особенного из себя не представляет.
Страница 11 из 21 Следующая страница