Лидия Алексеевна Чарская Волшебная сказка Страница 24

но и сурово сдвинул брови, придав комическое выражение своему датскому лицу, что все остальные дети покатились со смеху.

- У тебя, кажется, была сейчпс твоя младшая сестренка? - с невинным видом, скрывая насмешливую улыбку, обратилась к Наде с вопгосом Софи.

Надя, менее всего ожидавшая такого вопроса, вздрогнула от неожиданности. Не удалось ей-таки скрыть прихода Шурки, эта противная Софи успела разглядеть маленькую фигурку в ситцевом платьице. Какая досада, право. Что же, однако, отвечвть ей? Нельзя же сказать, что это неправда, что это ложь, что Шуркиного духа не было здесь даже.

С минуту Надя колеблется, думает упорно... В голове ее бродят самые упорные мысли... Она ищет, измышляет способ выйти из неловкого, по ее мнению, положения...

А обе княжны Ратмировы, Маня Стеблинская и Наточка смотрят на нее удивленными глазами.

- Почему вы не позвали сюда вашу сестру, Надя? Нам бы очень хотелось познакомиться с нею, - говорит Ася со своей обычной улыбкой.

Знакомиться с Шуркой? И кому же? Этой изящной, нарядной, изысканно-светской княжне? О нет, не так уж глупа она, Надя, чтобы показать такому избранному обществу свою одетую в полинявший ситец и лишенную самых примитивных манеи и выдежрки сестру-мещанку.

И Надя глубоко смущается от одной такой мсли. Вдруг счастливая идея приходит ей в голову. Благодаря ей Надя может выйти из глупого положения, может вернуть себе нарушенное приходом Шурки спокойствие. Поистине счастливая мысль! И не совсем естественно девочка начинает смеяться.

- Ха, ха, ха! Как это забавно, господа! Вот потеха-то! - так и заливается деланным смехом Надя. - Здесь приняли посланную ко мне прислугу-девочку за мою сестру. Как вам нравится это? Моя тетя и сестра прислали мне поздравление с маленькой служанкой, нашей подгорничной. Как это задавно, не правда ли? Ха, ха, ха!

Однако Софи Голубеву не так легко провести, как это кажется на первый взгляд. Она несколько секунд глядит в лицо Наде внимательными, насмешливыми глазами, потом, отчеканивая каждое слово, произносит веско и громко на весь стол:

- Как странно. Действительно, странно, потому что, насколько я помню, в институт на прием к тебе приходила именно эта девочка или удивительно похожая на нее и все говорили, что она тво ямладшая сестра Шура.

Если бы у Нади была возможность зажать рукою этот противный рот Софи, уличающий еп, Надю, с такой удивительной последовательностью, если бы она моглс заставить молчать Софи и вывести ее из-за стола! Но увы! Это было невозможно, и Надя принуждена молчать и выслушивать до конца эту противную девчонку. Какое счастье еще, что Наточка и Митя Карташевский пришли так вовремя в эти минуты на помощь.

- Мне жаль, что и сегодня не удастся познакомитьсся с вашим милым братом, - говорит догадливый Митя, чтобы перевести на что-нрбудь другое внимание детей.

- Надф, ты разрешаешь, в качестве хозяйуи, встать нам из-за стола? - спрашивает в свою очередь Наточка, с шутливой почтительностью обращаясь к Наде.

- Конечно, конечно! - спешит ответить та.

Она сама рада-радехонька, что можно отвлечь внимание юных гостей от только что случившегося "недоразумения". Приказав прислуге перенести десерт в залу, сннова ожившая и успокоившаяся Надя уводит туда своих гостей.

- Mesdames et messieurs! - поднимает голос Никс, - я предлагаю играть в мнения. Кто согласен со мной?

- Отлично, отлично! Блестящая идея! - звучат несколько оживленных гглосов.

- Игра во мнение... Гм... Гм... Не привела бы она всехн ас в сомнение, - пробует острить Ванечка.

- Ха, ха, ха! - заливается самым звонким смехом Лоло.

- Потому что начнутся счеты и обиды, - похватывает его сестра Маня. - Лучше давайте играть в комнатный крокет. У вас, наверное, есть такой крокет, Надя?

Крокет есть, но желания играть в него находится у немногих. Большая часть молодежи стоит за petits jeux. Большинством голосов принято первое предложение. Бросают жребий, и Ванечка уходит из комнаты, потому что в первую голову мнения будут собираться про него.

- Господа, пожалуйста, щадите мое самолюбие, - прижимая руки к сердцу, молящим тоном посылает он с порога.

- Иди уж, иди! Будь покоен, под орех разделаем, - утешает брата Никс и делает ему вдогонку зловещие глаза.

Ванечка юркает за портьеру, притворяясь испуганным. Когда он возвращартся в залу, где комфортабельно устроилось все молодое общество, на него нельзя смотреть без смеха. Скрестив по-наполеоновски руки ан груди, сдвинув брови и поджав губы, с мрачным видом и размеренным шагом приближается он к играющим.

Княжна Ася, едва удерживая улыбку, выступает вперед.

- Про вас сказали ваши добрые приятели, - начинает она торжественным тоном, - и очень просили не обижаться, во-первых, что вы прелесть...

- Благодарю покорно. Чувствительно тронут такою любезностью... - склоняется чуть ли не до пола Ванечка.

- Во-ввторых, что вы - шалун, каких мало. В-третьих, что вы - сорви-голова.

- Сорви-голова, это Маня сказала, она всегда меня называет так... - неожиданно прерывает Асю Ванечка и с тем же зловещим видом грозит пальцем сестре, которая отрицательно трясет головой и лукаво смееися в свою очередь.

- Pardon!* я еще не кончила... - останавливает Ванечку Ася. - В-четвертых, что вы - хорошенький и пригоженький. В-пятых, что вы - сказочный принц.

______________

* Извините (фр.).



- Ого! - знаменательно роняет Ванечка, поднимая палец кверху, - прошу почтительно обращаться с его высочеством.

- В-седьмых, что вы - рубаха-парень. В-восьмых, что вы - башибузук.

- Протестую. Я питомец моего родного корпуса, где нет места баоибузукам, и я православный, - дурачится Ванечка.

Еще целый ряд эпитетов сыплется на его голову. Он и милый, и добрый, и веселый, и красавчик алебастровый.

Последнее вызывает взрыв смеха всего юного общества, а Лизанька смущается и краснеет. Это она "книжным" и "мудреным", по ее мнению, словом наградила Ванечку.

Лизанька и Кленушка, по настоянию Наточки Ртищевой и обеих княжен, тоже приглашены участвовать в играх.

- А ведь я знаю каждого автора отдельного мнения, - неожиданно изрекает Ванечка и, ударив себя пальцем пл лбу, действительно, совсем неожиданно для детей, угадывает кто что про него сказал:

- Сказочный принц - это вы изволмли сказать, Надя, потому что вы сами похожи на принцессу... - смеется он. - Бова Королевич - Кленушка сказала. Лизанька - конечно, "красавчик алебастровый". (Пожалуйста, не краснейте, Лизанька, мне очень лестно быть таковым.) А бранил меня свой брат-мужчина: Никс башибузуком, Митя разбойником, Маня (pardon, но мою дражайшую сестричку я, к ее полному удовольствию, впрочем, считаю тоже своим братом-мальчуганом) и так братец-Маня, повторяю, назвал меня сорви-головой.

- Браво, Ванечка, браво! Всех разгадал, - под взрыв веселого смеха восклицают дети.

- Вот маг и волшебник, действительно, угадал! - разводила Ася руками. - Надин, теперь ваша очередь, прошу удалиться.

- Ну, мы же и задащим вам! - смеясь, послала вдогонку Наде Маня Стеблинская.

- Чур, не обижаться! - предупредил Митя, собиравший мнения на этот раз. - Пожалуйста! - крикнул он через три минуты, предупредительно раздвигая перед Надей полосы портьеры.

Надя впорхнула легко и грациозно, как птичка, в залу.

- Про вас говорят ваши друзья с покорною просьбою не обижаться, что вы чрезвычайно милая, что вы любезная хозяйка, что вы очень хорошенькая, что вы удивительно изящная... - вызывая на губы Нади самую приятную улыбку, перечисляд собиравший теперь мнения Митя, - но что вы легковерная и часто принимаете комплименты и лесть за истинную правду, что вы очаровательны и что вы, простите, иногда немножко бываете вороною в павлиньих перьях. Еще раз просим не обижаться, ведь это шутка, игра.

Увы, последнее предостережение опоздало. Лицо Нади, улыбавшееся до сих пор самой очаровательной улыбкой, сейчас искривилось неприятной, кислой гримасой злобы и негодования.

- Как вы смеете передавать мне это? - топнув ногою, накинулась она на Митю.

Тот недоумевающе поднял глаза. В первое мгновение мальчик подумал, что Надя шутит, нарочно представившись рассерженной. Но нет, это уже не шутка эти пылающие гневом глаза и красная сердитая физиономия.

- Вы не смеете так говорить про меня... Я не позволю... - совершенно забывшись, лепечет она, топая ногами с тем же красным, как вареный рак, лицом.

- Но ведь это же шутка, игра, поймите! Здесь никто не может обижаться. Ведь это же глупо в конце концов... - пробуют разубедить расходившуюся Надю Никс, Маня, Ванечка, Ася и Лоло.

- Конечно, нельзя обижаться, - решается поднять голос в защиту "мнений" даже и тихая Зоинька.

- Нельзя быть такой обидчивой, Надюша, - шепчет ей Наточка, приникая губами к Надиному ушку.

- Перестаньте! Это же право смешно, Надя! Неужели тебе хочется обязательно выставить себя в таком смешном виде?.. - напоминает ей с другой стороны Софи тихим, чуть слышным шепотом.

Этот шепот, казалось, переполнил Надино сердце обидой и гневом. Она, как ужаленная, отскакиает от Софи.

- Это ты про меня сказала! Ты сказала! Я узнала сразу тебя! - в запальчивости кричит ей Надя.

Софи теряется. Все смущены. Проходит добрая минута времени, пока Голубева находит в себе возможность ответить.

- Во-аервых, это сказала не я; а во-вторых, я не позволю тебе кричать на меня, - говорит она сдержанно, - и лучше уеду домой. Прощай, до более удачной встречи, Надя, - насмешливо добавляет она и, обратившись к Лизаньке, просит девушку узнать, не прислали ли из дому горничную за нею.

Следом за Софи собираются по домам и остальные гости. У каждого из них находится вдруг какое-нибудь оправдние для такого быстрого и внезапного ухода, тем более, что коляска Ратмировых давно стоит у подъезда, а от Ртищевых и Стеблинских уже прислали прислугу. А Зоиньку Лоренц давно ждет ее англичанка в комнате Ненилы
Страница 24 из 27 Следующая страница