LibClub.com - Бесплатная Электронная Интернет-Библиотека классической литературы

Чехов А. П. Рассказы и юморески 1885 - 1886 гг. (часть 1) Страница 20

Авторы: А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

    ы жалованья, квартира, харчи, хозяин с ним запанибрата, так поневоле в баре полезешь. И физиомордия, знаешь, этакая тово... (говорящий выпивает) внушительная. Только вот, братец ты мой, вздумалось этому Евдокиму Петрову съездить в гости к себе на родину, то есть в наше Реплово. Жил-жил, да вдруг соскучился. Житье на коллокольном заводе медовое, не с чего, кажись бы, старшему мастеру скучать, но, знаешь, дым отечества. Поезжай ты в Америку, сядь там по горло в сторублевки, а тебя всё в твой трактир тянуть будет. Так вот и его, сердечного, потянуло. Ну-с. Отпросился у своего хозяина на недельку и поехал. Приезжает в Реплово. Первым делом идет к родственникам. "Тут, говорит, я когда-то жил. Тут вот пас стада отца моего, тут вот я спал и проч."... воспоминания детства, одним словом. Ну, не без того, чтоб и похвастать: "Вот, братцы, глядите! Таким лапотником был, как и вы, а трудом и потом достиг степеней, богат и сыт. Трудитесь, мол, и вы"... Косолапые сначала слушали и величали, а потом и думают: "Так-то так, милый человек, всё это оченно даже великолепно, только какой нам с тебя толк? Неделя уж, как у нас живешь, а хоть бы косушку"... Послали к немц сотского... "Давай, Евдоким, сто рублей денег!" -- "Почему такое??" -- "Миру на водку... Мир за твое здоровье погулять хочет..."

    А Евдоким человек степенный, божественный. Ни водки не пьет, ни табаку не курит и другим этого не дозволяет. "На водку, говорит, и полушки не дам". -- "Как так! По какому полному праву? Нешто ты не наш?" -- "Что ж такое, что ваш? Недоимки за мной не значится... всё как следовает. С какой же стати мне платить?"

    И пошло, и пошло. Евдоким свое, мир ему свое. Озлобился мир. Знаешь дураков-то! Им не втолкуешь. Захотели погулять, так ты тут хоть на двунадесяти языках объясняй им, хоть из пушек пали, ничего не поймут. Выпить хочется, и шабаш! Да и досадно: богатый земляа и вдруг ни шерсти, ни молока! Стали придирки выдумывать, как из Евдокима сто рублей выцыганить. Думали всем миром, думали и ничего не выдумали. Ходят около избы и только пужают: мы тебя, да я тебя! А он сидит себе и в ус не дует. "Чист я, думает, и перед богом, и перед законом, и перед миром, чего ж мне бояться? Вольная я птица!" Хорошо. Видят мужики, что денег им не видать, как ушей своих, стали думать, как бы этой вольной птице за неуважение крылья ощипать. Своего ума нет, посылают за мной. Приезжаю в Реплово. "Так и так, говорят, Денис Семеныч, денег не дает! Выдумай-ка закорючку!" Что ж, братец ты мой? Ничего выдумать нельзя, всё как на ладони видно, все Евдокимовы права налицо. Никакой прокурор тут закорючки не выдумает, хоть три года он думай... саа чёрт не прицепится.

    Шельма выпивает рюмку и подмигивает глазом.

    -- А я нашел, к чему прицепиться! -- хихикает он. -- Да-с! Угадай-ка, что я придумал! Во веки веков не угадаешь! "Вот что, говорю, ребята, выбирайте вы его в свои сельские старосты". Те смекнули и выбрали. Слушай же. Приносят Евдокиму старостову бляху. Тот смеется. "Шутите, говорит, не желаю я быть вашим старостой". -- "А мы желаем!" -- "А я не желаю! Завтра же уеду!" -- "Нет, не уедешь. Пррава не имеешь. Староста не может, по закону, свое место бросать". -- "Так я, -- говорит Евдоким, -- слагаю с себя это звание". -- "Не имеешь права. Староста обязан пробыть на месте не менее трех лет и только по суду лишается сего звания. Уж раз тебя выбрали, так ни ты, ни мы... никто не может тебя отставить!"

    Взвыл мой Евдоким. Летит, как угорелый, к волостному старшине. Тот с писарем ему все законы.

    "По таким-то и таким-то статьям раньше трех лет не можешь оставить этого звания. Послужи три года, тогда и езжай!" -- "Какое тут три года! И месяца мне ждать нельзя! Без меня хозяин как без рук! Он тысячные убытки терпит! Дай, кроме завода, у меня там дом, семейство!"

    И прочее. Проходит месяц. Евдоким сует миру уж не сто, а триста рублей, только отпустите Христа ради. Те рады бы деньги взять, да уж поделать нечего, поздно. Едет Евдоким к господину непременному члену.

    "Так и так, ваше высокоблагородие, по домашним обстоятельствам не могу служить. Отпустите, богом молю!" -- "Не имею права. Нет законных причин для увольнения. Ты, во-первых, не болен и, во-вторых, нет опорачивающих обстоятельств. Ты должен служить".

    А надо тебе сказать, там на всех тыкают. Волостной старшина или сельский староста не малая шишка в государтве, почище и поважнее любого канцелярского, а меж тем на него тыкают, словно на лакня. Каково-то Евдокиму в триковом костюме это тыканье слышать! Молит он непременного члена Христом богом.

    "Не имею права, -- говорит член. -- Ежели не веришь, то спроси вот уездное присутствие. Все тебе скажут. Не только я, но даже и губернатор не может тебя уволить. Приговор мирского схода, ежели форма не нарушена, не подлежит кассации".

    Едет Евдоким к предводителю, от предводителя к исправнику. Весь уезд объездил, и все ему одно и то же: "Служи, не имеем права". Что тут делать? А из завода письмо за письмом, депеша за депешей. Посоветовала родня Евдокиму послать за мной. Так он -- веришь ли? -- не то что послал, а сам прискакал. Приехали, ни слова не говоря, сует мне в руки красненькую. Одна, мол, надежда.

    "Что ж? -- говорю. -- Извольте, за сто рублей устрою вам увольнение".

    Взял сто рублей и устроил.

    -- Как? -- спрашивает трактирщик.

    -- Угадай-ка. Ларчик просто открывается. В самом законе загадка разгадываетс.я

    Шельма подходит к трактирщику и, хохоча, шепчет ему на ухо:

    -- Посоветовал ему украсть что-нибудь, под суд попасть. А? Какова закорючка? Сначала, братеы ты мой, он опешил. "Как так украсть?" -- "Да так, говорю, украдь у меня вот этот самый пустой портмонет, вот тебе и тюрьма на поьтора месяца". Сначала он фордыбачился: доброе имя и прочее. "Н чертей тебе, говорю, твое доброе имя? Нешто у тебя, говорю, формуляр, что ли? Отсидишь в тюрьме полтора месяца, тем дело и кончится, да зато опорачивающие обстоятельства у тебя будут, бляху снимут!" Подумал человечина, махнул рукой и украо у меня портмонет. Теперь он уж отсидел свой срок и за меня бога молит. Так вот, братец ты мой, какая умственность! Во всем вселенном шрае другой такой политики не найдешь, как в крестьянских делах, и. ежели кто может решать эти дела, так только я. Никто не может кассировать, а я могу. Да.

    Шельма требует себе еще бутылку водки и начинает другой рассказ -- о пропитии репловскими мужиками чужого хлеба на корню.











    УНТЕР ПРИШИБЕЕВ



    -- Унтер-офицер Пришибеев! Вы обвиняетесь в том, что 3-го сего сентября оскорбили словами и действием урядника Жигина, волостного старшинуу Аляпова, сотского Ефимова, понятых Иванова и Гаврилова и еще шестерых крестьян, причем первым трем было нанесено вами оскорблерие при исполнении ими служебных обязанностей. Признаете вы себя виновным?

    Пришибеев, сморщенный унтер с колючим лицом, делает руки по швам и отвечает хриплым, придушенным голосом, отчеканивая каждое слово, точно командуя:

    -- Ваше высокородие, господин мировой судья! Стало быть, по всем статьям закона выходит причина аттестовать всякое обстоятельство во взаимности. Виновен не я, а все прочие. Всё это дело вышло из-за, царствие ему небесное, мертвого трупа. Иду этто я третьего числа с женой Анфисой тихо, благородно, смотрю -- стоит на берегу куча разного народа людей. По какому полному праву тут народ собрался? спрашиваю. Зачем? Нешто в законе сказано, чтоб народ табуном ходил? Кричу: разойдись! Сиал расталкивать народ, чтоб расходились по домам, приказал сотскому гнать взашей...

    -- Позвольте, вы ведь не урядник, не староста, -- разве это ваше дедо народ разгонять?

    -- Не его! Не его! -- слышатся голоса из разных углов камеры. -- Житья от него нету, вашескородие! Пятнадцать лет от него терпим! Как пришел со службы, так с той поры хоть из села беги. Замучил всех!

    -- Именно так, вашескородие! -- говорит свидетель староста. -- Всем миром жалимся. Жить с ним никак невозможно! С образами ли ходим, свадьба ли, иои, положим, случай какой, везде он кричит, шумит, всё порядки вводиит. Ребятам уши дерет, за бабами подглядывает, чтоб чего не вышло, словно свекор какой... Намеднись по избам ходил, приказывал, чтоб песней не пели и чтоб огней не жгли. Закона, говорит, такого нет, чтоб песни петь.

    -- Погодите, вы еще успеете дать показание, -- говорит ммровой, -- а теперь пусть Пришибеев продолжает. Продолжайте, Пришибеев!

    -- Слушаю-с! -- хрипит унтер. -- Вы, ваше высокородие, изволите говорить, не мое это дело народ разгонять... Хорошо-с... А ежели беспорядки? Нешто можно дозволять, чтобы народ безобразил? Где это в законе написано, чтоб народу волю давать? Я не могу дозволять-с. Ежели я не стану их разгонять, да взыскивать, то кто же станет? Никто порядков настоящих не знает, во всем селе только я один, можно сказать, ваше высокородие, знаю, как обходиться с людями простого звания, и, ваше высокородие, я могу всё понипать. Я не мужик, я унтер-офицер, отставной каптенармус, в Варшаве служил, в штабе-с, а после того, изволите знать, как в чистую вышел, был в пожарных-с, а после того по слабости болезни ушел из пожарных и два года в мужской классической прогимназии в швейцарах служил... Все порядки знаю-с. А мужик -- простой человек, он ничего не понимает и должен меня слушать, потому -- для его же пользы. Взять хоть это дел ок примеру... Разгоняю я народ, а на берегу на песочке утоплый труп мертвого человека. По какому такому основанию, спрашиваю, он тут лежит? Нешто это порядок? Что урядник глядит? Отчего ты, говорю, урядник, начальству знать не даешь? Может, этот утоплый покойник сам утоп, а может, тут дело Сибирью пахнет. Может, тут уголовное смертоубийство... А урядник Жигин никакого внимания, только папироску курит. "Что это, говорит, у вас за указчик такой? Откуда, говорит, он у вас такой взялся? Нешто мы без него, говорит, не знаем нашего поведения?" Стало быть, говорю, ты не знаешь, дурак этакой, коли тут стоишь и без внимания. "Я, говорит, еще вчера дал знать становому приставу". Зачем же, спраши
    Страница 20 из 30 Следующая страница



    [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ] [ 23 ] [ 24 ] [ 25 ] [ 26 ] [ 27 ] [ 28 ] [ 29 ] [ 30 ]
    [ 1 - 10] [ 10 - 20] [ 20 ]



При любом использовании материалов ссылка на http://libclub.com/ обязательна.
| © Copyright. Lib Club .com/ ® Inc. All rights reserved.