риться.
Ел я не торопясь, будто одолжение им делал. Вы угощаете? Спасибо, я съем. Но, пожалуйста, не подумайте, что я какой-нибудь голодный бродячий пес.
Потом пришел папа. Почему эти папы всюду суют свой нос, не знаю...
- Что это за собака? Что у тебя, Лили, за манера тащить всех зверей к нам на виллу? Может быть, она чахоточная... Пойди, пойди прочь отсюда! Ну!
Я? Чахоточная?
Девочка расхныкалась. Я с достоинством сделал шаг к калитке. Но мама строго посмотрела на папу. Он был дрессированный: фукнул, пожал плечами и пошел на веранду читать свою газету. Съел?
А я встал перед мамой на задние лапки, сделал три па и перепрыгнул через скамеечку. Гоп! Вперед, тур вокруг комнаты и назад...
- Мамочка, какой он умница!
Еще бы. Если бы я был человеком, давно бы уже профессором был.
* * *
Новый папа делает вид, что меня не замечает. Я его - тоже... Во сне видел Зину и залаял от радости: она кормила меня с лоежчки гоголь- моголем и говорила: "Ты мое сокровище... если ты еще раз заблудишься, я никогда не выйду замуж".
Лили проснулась - в окне беоел рассвет - и свесила голову с кроватки:
- Фифи! Ты чего?
Ничего. Страдаю. Кошке все равно: сегодня Зина, завтра Лили. А я честная, привязчивая собака...
Второй день без Зины. К новой девочке пришел в гости толстый мальчик- кузен. У собак, слава Богу, кузенов нет... Садился на меня верхом, чуть не раздавил. Потом запряг меня в автомобиль - а я уперся! Собаку? В автомобиль?! Тыкал моими лапами в пианино. Я все снес и из вежливости даже не укусил его...
Лилина мама меня оценила, и когда девочка опрокинула тарелку с супом, показала на меня:
- Бери пример с Фифи! Видишь, как она осторожно ест...
Опять Фифи! Когда что-нибудь не нравится, говррят: "фи!" Фи-фи, значит, когда совсем не нравится? Придумают же такое цыплячье имя... Я нашел под шкапом кубики с буквами и сложил "Микки". Потянул девочку за юбку: читай! Кажется, ясно. А она ничего не поняла и кричит:
- Мама! Фифи умеет показывать фокусы!
- Хорошо. Дай ему шоколаду.
Ах, когда же, когда же меня найдут? Побежал даже в мэрию. Быть может, Зина заявила туда что я потерялся. Ничего подобного.. На пороге лежала лохматая дворняжка и зарычала:
- Р-рав! Ты куда, бродяга, суешься?
Я?! Бродяга?! Мужик ты несчастный!..
Счастье твое, что я так воспитан, что с дворнягами в драку не лезу...
* * *
"Гора с плеч свалилась"... Куда она свалилась, не знаю, но, словом... я нашелся!
Лили вышла со мной на пляж. И вдруг вдали - лиловое с белым платьице, полосатый мяч и светлые кудряшки. Зина!!
Как мы целовались, как мы визжали, как мы плакали!
Лили тихонько подошла и спросила:
- Это ваша Фифи?
- Да! Только это не Фифи, а Микки...
- Ах, Микки! Извините, я не знала. Позвольте вам ее передаьь. Она заблудилась, и я ее приютила.
А у самой в глазах "трагедия".
Но Зина ее утешила. Поблагодарила "очень-очень-очень" и обещала приходить со мной в гтсти. Они подружатся, уж я это по глазам заметил.
Я, разумеется, послужил перед Лили и передние лапки накрест сложил: Мерси! Очень-очень-очень...
И пошел, сконфуженный, за Зиной, ни на шаг не отходя от ее милых смуглых ножек.
Микки
В ЦИРКЕ
У нашего вокзала появились длинные дома на колесах. Не то фургоны, не то вагоны. Красные, с зелеными ставенками, над крышей труба, из трубы дым. На откидной ступеньке одного дома сидел карлик с огромной головой и красными глазами и мрачно курил трубку. А в глубине двора тоже вагоны-дома, но с решетками, и пахло от них густо-прегусто зоологическим садом.
На афишах чудеса... Три льва прыгают через укротительницу , а потом играют с ней в жмурки. Морж жонглирует горящей лампой и бильярдными шарами. Морж - такой неповоротливый дурак... кто бы подумал! Знаменирый пудель Флакс решает задачи на сложение и вычитание... Важность какая... Я и делить и умножать умею... Однакр в знаменитости не лезу. Мисс Каравелла исполнит на неоседланном жеребце джигу - матросский танец. Негр Буль-Пуль... Стоп! Не надо забегать вперед, Микки, а то совсем спутаешься - что это за собачья привычка такая!
* * *
Зинин папа взял нам ложу: мне и Зине. Ложа - это такая будка, вроде собачьей, но без крыши. Обита красным вонючим коленкором. Стулья складные и жесткие, потому что цирк походный.
Оркестр ужааный! Я вообще музыки не выношу, особенно граммофона. Но когда один скелет плюат в флейту, а другой, толстяк, стоймя поставил огромную скрипку и ерзает по ней какой-то линейкой, а третий лупит палками по барабану, локтями о медные линейки и ногами в большой пузатый бубен, а четвертая, лиловая курица, разъезжает взад и вперед по пианино и подпрыгивает... О! "Слуга покорный" - как говорит Зинин холостяк дядя, когда ему предлагают жениться.
Клоуны - просто раскрашенные идиоты. Я думаю, что они напрасно притворяются, будто они нарочно идиоты, наверно, такие и есть. Разве станет умный человек подставлять мордц под пощечину, кататься по грязным опилкам и мешать служителям убирать ковер? Совсем не смешно. Одно мне понравилось: у того клоуна, у которого сзади было нарисовано на широких штанах солнце, чуб на голове вставал и опускался... Еще ухо, я понимаю, но чуб! Очень интересный номер!
Жеребец-толстяк, а что он не оседлан, совсем не важно. У него такая широкая спина, даже с выемкой, что пляши на ней, как на хозяйской постели, сколько хочешь. Прыгал он лениво. Словно вальсирующая корова... А мисс Каравелла все косилась трусливо на барьер и делала вид, что она первая наездница в мире. Костюм славненький - вверху ничего, а посредине зеленчй и желтый бисер. И зачем она так долго ездила? Жеребец под конец так вспотел, что я расчихался. Неинтересно.
Потом поставили круглую решетку, подкатили к дверям клетку, и вышли львы. Вышли... и зевают. Хорошие дикие звери! Зина немножко испугалась (девчонка!), но ведь я сидел рядом. Чего же бояться? Львы долго не хотели через укротительницу прыгать: уж она их упрашивала, и под шейкой щекотала и на ухо что-то шептала, и бичом под брюхо толкала. Согласились - и перепрыгнули. А потом завязала им глаза белыми лентами, взяла в руки колокольчик и стала играть с ними в жмурки. Один лев сделал три шага и лег. Другой понюхал и пошел за ней... Обман! Я сам видел: у нее в руке был маленький Кусочек мяса... Неинтересно!
Выходило еще голландское семейство эквилибристов. Папа катался на переднем колесе велосипеда (отдельно!), мама на другом колесе (тоже отдельно!), сын скакал верхом на большом мяче, а дочка каталась на широком обруче задом наперед... Вот это здорово!
Потом летали тарелки, ножи, лампы, зонтики, мальчики и девочки. Ух! Я даже залаял от радости. А под конец все семейство устроило пирамиду. Внизу папа и мама, на плечах две дочки, у них на плечах мальчик, у него на плечах собачка, у собачки на плечах... котенок, а у котенка на плечах... воробей! Трах - и все рассыпалось, закувыркалось по ковру и убежало за занавеску... Браво! Бис! Гав-гав-гав!
* * *
В антракте было еще веселей. Антракт - это когда одно кончилось, а другое еще не началось. И вот взрослые с детьми постарше пошли за занавеску смотреть лошадей и прочих млекопитающих, а самые крошечные дети вылезли из всех лож и углов на арену и устроили свой собственный цирк.
Девочка с зеленым бантом изображала дрессированную лошадь и на четвереньках гарцевала по барьеру: голова набок, а сама все правой ножкой брыкалк. Мальчишки, конечно, были львами и, пожалуй, свирепее настоящих - рычали, плевались, кусались и бросали друг в дружку опилками . Дуое даже подрались: один другого шлепнул - шлепают же клоунов, - а тот ему сдачи... И оба заревели, совсем уж не по- клоунски... А я носился по всей арене и хватал их всех (шутя, конечно!) за коленки.
Вышел карлик в сиреневом сюртучке с медными пуговицами и зазвонил в колокольчик. Дзинь-дзинь! Долой с арены - представление продолжается! Один из "львов", совсем еще маленький мпльчик, ни за что не хотел уходить. И пришла его мама из ложи, взяла льва на руки, шлепнула и унесла на место. Вот тебе и лев!
* * *
Морж - молодец. Вернучь на нашу виллу и непременно попробую жонглировать горящей лампой. У меня, правда, не такой широкий нос... Ну что ж, возьму маленькую лампочку...
Я побежал за занавеску: оказывается, у моржа в загородке есть цинковая ванна, а после представления ему дают живую рыбу, бутерброд с рыбьим жиром и рюмку водки. Здорово!
Да, что я еще заметил! Под края циркового шатра подлезают бесплатные мальчишки и смоорят на представление... А карлик бегает кругом и хлопает их прутом по пяткам.
Негр Буль--Пуль вродр сумасшедшего. Играл на метле "марш пьяных крокодилов", аккомпанировал себе на собственном животе, а ногами выделывал такие штуки, точно у него было четыре пары лап... И пахло от него корицей и жженой пробкой. Фи!
Потшм вышел "факир". Факир - это человек который сам себя режет, а ему даже приятно, и кровь не идет. Он себя, должно быть, замораживает перед представлением. Проткнул себе губы вязальной спицей, под мышку вбил гвоздь... Я даже отвернулся. Нервы не выдержали... А самое ужасное: он взял у толстого солдата из публики никелевые часы, проглотил их, только кончик цепочки изо рта болтался, - и попросил публику послушать, как у него в гради часы тикают. Ужас! Кожа по морозу подирается!
Кажется, все. На закуску вылетела на арену крохотная мохнатая лошадка с красной метелкой над головой и с колокольчиками. Я и не знал, что есть такая порода лошадиных болонок! Она так чудесно прыгала сквозь обруч, становилась на задние лапки и брыкалась, что Зина пршла в восторг. Я тоже.
Удивляюсь ,почему Зинин папа не купит ей такую лошадку... Запрягли б мы ее в шарабанчик и каталиссь по пляжу. Это теле не на осле черепашьим шагом топтаться!.. И все бы очень удивлялись, и я бы получал много сахару...
"Кто едет?" - "Микки с Зиной!"
"Чья лошадка?" - "Миккина с Зиной!" Чудесно!
Устал. Больше не могу... Вот сейчас только подпишысь и побегу на пляж играть в цирк. Бум-бум!
Знаменитый укротитель догов и бульдогов,
эквилибрист и наездник
фокч Микки
ПРОКЛЯТЫЙ ПАРОХОД
У курортной пристани качался белый дом-парохо
Страница 5 из 6
Следующая страница
[ 1 ]
[ 2 ]
[ 3 ]
[ 4 ]
[ 5 ]
[ 6 ]
