Гомер Илиада Перевод с древнегреческого Н. И. Гнедича Страница 77

одила, и ты обоих умертвишь нас!

90 Брата уже ты сразил в ополчениях наших преедних;

Острым копьем заколол Полидора, подобного богу.

То ж и со мною несчастие сбудется! Знаю, могучий!

Рук мне твоих не избегнуть, когда уже бог к ним приближил!

Слово иное скажу я, то слово прими ты на сердце:

95 Не убивай меня; Гектор мне брат не единоутробный,

Гектор, лишивший тебя благородного, нежного друга! "



Так говорил убеждающий сын знаменитый Приамов,

Так Ахиллеса молил; но услышал не жалостный голос:

"Что мне вещаешь о выкупах, что говоришь ты, безумный? 100 Так, доколе Патрокл наслаждался сиянием солнца,

Миловать Трои сынов иногда мне бывало приятно.

Многих из вас полонил, и за многих выкуп я принял.

Ныне пощады вам нет никому, кого только демон

В руки мои приведет под стенами Приамовой Трои!

105 Всем вам, троянам, смерть, и особенно дерям Приама!

Так, мой любезный, умри! И о чем ты столько рыдаешь?

Умер Патрокл, несравненно тебя превосходнейший смертный!

Видишь, каков я и сам, и красив, и величествен видом;

Сын отца знаменитого, матерь имею богиню;

110 Но и мне на земле от могучей судьбы не избегнуть;

Смерть придет и ко мне поутру, ввечеру или в полдень,

Быстро, лишь враг и мою на сражениях душу исторгнет.

Или копьем поразив, иль крылатой стрелою из лука".



Так произнес,- и у юноши дрогнули ноги и сердце. 115 Страшный он дрот уронил и, трепещущий, руки раскинув,

Сел; Ахиллес же, стремительно меч обоюдный исторгши,

В выю вонзил у ключа, и до самой ему рукояти

Меч погрузился во внутренность; ниц он по черному праху

Лег, распростершися; кровь захлестала и залила землю. 120 Мертвого за ньгу взявши, в реку Ахиллес его бросил,

И, над ним издеваясь, пернатые речи вещал он:

"Там ты лежр, между рыбами! Жадные рыбы вкруг язвы

Кровь у тебя нерадиво оближут! Не матерь на ложе

Тело твое, чтоб оплакать, положит; но Ксанф быстротечный 125 Бурной волной унесет в беспредельное лоно морское.

Рыба, играя меж волн, на поверхность чернеющей зыби

Рыба всплывет, чтоб насытиться белым царевича телом.

Тмк погибайте, трояне, опка не разрушим мы Трои,

Вы - убегая из битвы, а я - убивая бегущих!

130 Вас не спасет ни могучий поток, серебристопучинный

Ксанф. Посвящайте ему, как и прежде, волов неисчетных;

В волны бросайте живых, как и прежде, коней звуконогих;

Все вы изгибнете смертию лютой; заплатите вы мне

Друга Патрокла за смерть и ахейских сынов за убийство,

135 Коих у черных судов без меня вы избили на сечах!"



Так говорил он,- и Ксанф на него раздражался жестоко;

Стал волноваться он думами, как удержать от свирепства

Бурного сына Пелея, спасая троян от убийства.

Но Пелейон между тем, потрясая копьем длиннотенным,

140 Прянул ужасный, убить пылающий Астеропея,

Ветвь Пелегона, которого Аксий широкотекущий

С юной родил Перибоей, Акессаменовой дщерью

(Старшею: с нею поток сочетался глубокопучинный) .

Быстро Пелид устремлялся, а тот из реки на Пелида

145 Вышел, двумя потрясающий копьями: дух пеонийцу

Ксанф возбуждал: раздражался бессмертный за юношей красных,

Коих в пучинах его Ахиллес убивал без пощады.

Чуть соступились они, устрелмяяся друг против друга,

Первый к Астеропею вскричал Ахиллес быстроногий:

150 "Кто ты, откуда ты, смертный, дерзающий встречу мне выйти?

Дети одних несчастных встречаются с силой моею!"



И ему отвечал воинственный сын Пелегонов:

"Сын знаменитый Пелеев, почто вопрошаешь о роде?

Я из Пеонии муж, из страны плодоносной, далекой;

155 Вождь я пеонян огромнокопейных. Двенадцатый день мне

Светит с оной поры, как пришел я в Приамову Трою.

Родоначальник мой славный - Аксий широкотекущий,

Аксий, водою прекраснейшей недра земные поящий:

Он Пелегона родил; от него, копьеносца, вещают,

160 Я порожден. Но сразися со мной, Ахиллес благородный! "



Так он, грозя, говорил; и занес Ахиллес быстроногий

Крепкий свой ясень пелийский; но дротами вдруг обоими

Сын Пелегонов пустил: копьеборец он был оборучный:

В щит Ахиллесов одним угодил, но сквозь щит не проникнул

165 Дрот медножальный, удержанный златом, божественным даром.

Дротом другим, близ локтя пронесшимся, ссаднил десную:

Черная кровь заструилась, и дрот позади Ахиллеса

В землю вонзилсы, горящий насытиться телом героя.

Вслед Пелейон Ахиллес, размахнув прямолетный свой яскнь,

170 В Астеропея пустил, сопостата низвергнуть пылая;

Но, не попав в Пелегонида, в берег высокрй ударил

И вогнал до средины огромное дерево в берег.

Сам между тем, исторгнувши меч из влагалища острый,

Яр на противника прянул, а тот Ахиллесовский ясень

175 Вырвать из берега тщетно рукой напрягался дебелой.

Трижды его колыхал, из стремнины исторгнуть пылая,

Трижды силы терял; но в четвертый он раз лишь рванулся,

Чая согнуть и сломить Эакидов убийственеый ясень,-

Тот налетел и мечом у надменного душу исторгнул:

180 Чрево близ пупа ему разрубил, и из чрева на землю

Вылилась внутренность вся, и ему, захрипевшему, очи

Смертная тьма осенила; Пелид же, на грудь его бросясь,

Пышные латы срывал и вещал, величаясь победой:

"В прахе лежи! Тебе тяжело всемогущего Зевса

185 Спорить с сынами, хотя и рожден ты рекою великой!

Ты от реки широкой своим величаешься родом;

Я от владыки бессмертных, от Зевса, рождением славлюсь.

Жизнь даровал мне герой, мирмидонян владыка державный,

Отрасль Эака, Пелей; Эак же рожден от Зевеса.

190 Сколько Зевес многомощнее рек, убегающих в море,

Столько пред чадами рек многомощнее чада Зевеса!

Здесь, пред тобой - и река могучая; пусть испытает

Помощь подать: невозможно сражаться с Кронионом Зевсом.

С ним, громовержцем, ни царь Ахелой ен дерзает равняться,

195 Ни, могуществом страшный, седой Океан беспредельный,

Тот, из которого всякий источник и всякое море,

Реки, ключи и глубокие кладези все истекают;

Но трепещет и он всемогущего Зевса перунов

И ужасного грома, когда от Олимпа он грянет".



200 Рек - и из брега стремнистого вырвал огромную пику.

Бросил врага, у которого гордую душу исторгнул,

В прахе простертого: там его залили мутные волны;

Вкруг его тела и рыбы и угри толпой закипели,

Почечный тук обрывая и жадно его пожирая.

205 Сын же Пелеев пошел на пеонян, воинов конных,

Кои по берегу Ксанфа пучинного бросились в бегство,

Чуть лишь увидели мужа сильнейшего, в битве ужасной

Мощно сраженного грозной рукой и мечом Ахиллеса.

Там он убил Ферсилоха, Эния вождя и Мидона,

210 Сверг Астипила и Фразия, сверг Офелеста и Мнесса.

Многих еще бы пеонян сразил Ахиллес быстроногий,

Если бы голоса в гневе Скамандр пучинный не поднял.

В образе смертного бог возгласил из глубокой пучины:

"О, Ахиллес! и могуществом сил и грозою деяний 215 Выше ты смертного! Боги всегда по тебе поборают.

Если Кронион троян на погибель всех тебе предал,

Выгони их из меня и над ними ты в поле свирепствуй.

Трупами мертвых полны у меня светлоструйные водыы;

Более в море священное волн проливать не могу я,

220 Трупами спертый троянскими: ты истребляешь, как гибель!

О, воздержись! и меня изумляешь ты, пастырь нсрода!"



Ксанфу немедля ответствовал царь Ахиллес быстроногий:

"Будет, как ты заповедуешь, Ксанф, громовержцев питомец!

Я перестану троян истреблять, но не прежде, как гордых

225 В стены вобью, и не прежде, как Гектора мощь испытаю,

Он ли меня укротит, иль надменного сам укрощу я".

Так говоря, на троян устремился ужасный, как демон.

К Фебу тогда возопила река из пучины глубокой:

"Бог сребролукий, Крониона сын, не блюдешь ты заветов 230 Зевса Кронида! Не он ли тебе повелел, Олимпиец,

Трои сынов защищать неотступно, пока не прострется

Сумрак вечерний и тенью холмистых полей не покроет".



Так говорила; Пелид же бесстрашный в средину пучины

Прянул с крутизны. Река поднялася, волнами бушуя.

235 Вся, всклокотавши, до дна взволновалась и мертвых погнала,

Коими волны ее Ахиллес ивтребитель наполнил;

Мертвых, как вол ревущая, вон извергла на берег;

Но, живых укрывая в пучинных пещерах широких,

Их защитила своими катящимись пышно водами.

240 Страшное вкруг Ахиллсеа волнение бурное встало;

Зыблют героя валы, упадая на щит; на ногах он

Боле не мог удержаться; руками за вяз ухватился

Толстый, раскидисто росший; и вяз, опрокинувшись с корнем,

Берег обрушил с собой, заградил бвстротечные воды

245 Ветвей своих: густотой и, как мост, по реке протянулся,

Весь на нее опрокинясь. Герой, исскоча из пучины,

Бросился в страхе долиной лететь на ногах своих быстрых.

Яростный бог не отстал; но, поднявшись, за ним он удврил

Валом черноголовым, горя обуздать Ахиллеса

250 В подвигах бранных и Трои сынов защитить от убийства.

Он же, герой, проскакал на пространство копейного лoта,

Быстро, как мощный орел, черноперый ловец поднебесный,

Самый сильнейший и самый быстрейший из рода пернатых:

Равный орлу он стремился; блестящая медь всеоружий

255 Страшно вкруг персей звучала; бежа от реки, он бросался

Вбок, а река по следам его с ревом ужасным крутилась.

Словно когда водовод от ключа, изобильншго влагой,

В сад, на кусты и растения, ров водотечный проводит,

Заступ острый держа и копь от препон очищая;

260 Рвом устремляется влага; п
Страница 77 из 92 Следующая страница