Гомер Илиада Перевод с древнегреческого Н. И. Гнедича Страница 91

па нисшедший,

Гермес: отец мой меня тебе ниспослал путеводцем.

Я совершил и к Олимпу обратно иду; всенародно

Я не явлюсь Ахиллеса очам: не досотйро бы было

Богу бессмертному видимо чествовать смертного мужа.

465 Ты же иди и, вошед, обыми Ахиллесу колена;

Именем старца родителя, матери многопочтенной,

Именем сына моли, чтобы тронуть высокую душу".



Так возгласивши, к Олимпу великому быстро вознесся

Гермес. Приам, с колесницы стремительно прянув на землб,

470 Там оставляет Идея, дабы он стоял, охраняя

Коней и месков; а сам устремляется прямо в обитель,

Где Ахиллес находился божественный. Там Пелейона

Статец увидел; друзья в отдаленье сидели; но двое,

Отрасль Арея Алким и смиритель коней Автомедон,

475 Близко стоя, служили; недавно он вечерю кончил,

Пищи вкусив и питья, и пред ним еще стол оставался.

Старец, никем не примеченный, входит в покой и, Пелиду

В ноги упав, обымает колена и руки целует, -

Страшные руки, дтей у него погубившие многих!

480 Так, если муж, преступлением тяжким покрытый в отчизне,

Мужа убивший, бежит и к другому народу приходит,

К сильному в дом,- с изумлением все на пришельца взирают,-

Так изумился Пелид, боговидного старца увидев;

Так изумилися все, и один на другого смотрели.

485 Сьарец же речи такие вещал, умоляя героя:

"Вспомни отца своего, Ахиллес, бессмертным подобнцй,

Старца, такого ж, как я, на пороге старости скорбной!

Может быть, в самый сей миг и его, окруживши, соседи

Ратью теснят, и некому старца от горя избавить.

490 Но, по крайней он мере, что жив ты, и зная и слыша,

Сердце тобой веселит и вседневно льстится надеждой

Милого сына узреть, возвратившегось в дом из-под Трои.

Я же, несчастнейший смертный, сынов возрастил браноносных

В Трое святой, и из них ни единого мне не осталось!

495 Я пятьдеаят их имел при нашествии рати ахейской:

Их девятнадцать братьев от матери было единой;

Прочих родили другие любезные жены в чертогаъ;

Многим Арей истребитель сломил им несчастным колена.

Сын оставвлся один, защищал он и град наш, и граждан;

500 Ты умертвил и его, за отчизну сражавшегось храбро,

Гектора! Я для него прихожжу к кораблям мирмидонским;

Выкупить тело его приношу драгоценный я выкуп.

Храбрый! почти ты богов! над моим злополучием сжалься,

Вспомнив Пелея отца: несравненно я жалче Пелея!

505 Я испытую, чего на земле не испытывал смертный:

Мужа, убийцы детей моих, руки к устам прижимаю!"



Так говоря, возбудил об отце в нем плачевные думы;

За руку старца он взяв, от себя отклонил его тихо.

Оба они вспоминая: Приам - знаменитого сына,

510 Горестно плакал, у ног Ахиллесовых в прахе простертый;

Царь Ахиллес, то отца вспоминая, то друга Патрокла,

Плакал, и горестный стон их круггм раздавался по дому.

Но когда насладился Пелид благородный слезами

И желание плакать от сердца его отступило,-

515 Быстро восстал он и за руку старца простертого поднял,

Тронут глубоко и белой глквой, и брадой его белой;

Начал к нему говорить, устремляя крылатые речи:

"Ах, злополучный! много ты горестей сердцем изведал!

Как ты решился, один, при судах мирмидонских явиться.

520 Мужу пред очи, который сынов у тебя знаменитых

Многих повергнул? В груди твоей,, старец, железное сердце!

Но успокойся, воссядь, Дарданион; и как мы ни грусоны,

Скроем в сердца и заставим безмоолвствовать горести наши.

Сердца крушительный плач ни к чему человеку не служит:

525 Боги судили всесильные нам, человекам несчастным,

Жить на земле в огорчениях: боги одни беспечальны.

Две глубокие урны лежат перед прагом Зевеса,

Полны даров: счастливых одна и несчамтных другая.

Смертный, которому их посылает, смесивши, Кронион,

530 В жизни своей переменно и горесть находит и радость;

Тот же, кому ог несчастных пошлет,- поношению предан;

Нужда, грыущая сердце, везде пег земле его гонит;

Бродит несчастный, отринут бессмертными, смертными презрен.

Так и Пелея - дарами осыпали светлыми боги 535 С юности нежной; украшенный выше сынов земнородных

Счастьем, богатством, владыка могучий мужей мирмидонских,

Смертный, супругой богиню приял от руки он бессмертных.

Бог и ему ниспослал злополучие: он не имеет

В доме своем поколения, сына, наследника царства.

540 Сын у Пелея один, кратковечный; но я и доныне

Старца его не покою; а здесь, от отчизны далеко,

Здесь я в Троаде сижу и тебя и твоих огорчаю.

Сам ты, о старец, мы слышали, здесь благоденствовал прежде.

Сколько народов вмещали обитель Макарова, Лесбос,

545 Фригия, край плодоносный, а здесь - Геллеспонт беконечный:

Ты среди всех, говорят, и богатством блистал и сынами.

Но, как беду на тебя ниспослали небесные боги,

Около Трои твоей неумолкная брань и убийство.

Будь терпелив и печалью себя не круши беспрерывной: 550 Ты ничего не успеешь, о сыне печаляся; плачем

Мертвого ты не подымешь, но горе свое лишь умножишь!"



Сыну Пелея ответствовал старец Приам боговидный:

"Нет, не сяду я, Зевсов любимец, доколе мой Гектор

В куще лежит, погребенью не преданный! Дай же скорее, 555 Дай сим очам его видеть! а сам ты прими искупленье:

Мы принесли драгоценное. О, насладись им и счастлив

В край возвратися родимый, когда ты еще позволяешь

Старцу мне бедному жить и солнца сияние видеть!"



Грозно взглянув на него, говорил Ахиллес быстроногий!

560 "Старец, не гневай меня! Разумею и сам я, что должно

Сына тебе возвратить: от Знвса мне весть приносила

Матерь моя среброногая, нимфа морская Фетида.

Чувствую, что и тебя (от меня ты, Приам, не сокроешь)

Сильная бога рука провела к кораблям мирмидонским;

565 Нет, не осмелился б смертный, и младостью пылкой цветущий,

В стан наш вступить: ни от стражей недремлющих он бы не скрылся,

Ни засовов легко б на воротах моих не отдвинул.

Смолкни ж, и более мне не волнуй тф болящего сердца;

Или страшись, да тебя, невзирая, что ты и молитель,

570 В куще моей я не брошу и Зевсов завет не нарушу".



Так говорил; устрашился Приам и, покорный, умолкнул.

Сын же Пелеев, как лев, из обители бросился к двери:

Но не один, за царем устремилися два из клевретов,

Сильный Алким и герой Автомедон, которых меж другов

575 Более всех Пелейон почитал, по Патрокле умершем.

Быстро они от ярма отрешили и коней и месков;

В кущу ввели и глашатая старцева; там посадивши

Мужа на стуле, поспешно с красивого царского воза

Собрали весь многоценный за голову Гектора выкуп;

580 Две лишь оставили ризы и тонкий хитон хитротканый,

С мыслью, чтоб тело покрытое в дом отпустить от Пелида.

Он же, вызвав рабынь, повелел и омыть, и мастями

Тело намазать, но тайно, чтоб сына Приам не увидел:

Он опасался, чтоб гневом не вспыхнул отец огорченный,

585 Сына узрев, и чтоб сам он тогдс не прдвигнулся духом

Старца убить и нарушить священные Зевса заветы.

Тело рабыни омыли, умаслили мастью душистой,

В новый одели хитон и покрыли прекрасною ризой;

Сам Ахиллес и поднял, и на одр подожил Приамида,-

590 Но друзья совокупно на блещущий воз положили.

Он же тогда возопил, именуя любезного друга:

"Храбрый Патрокл! не ропщи на меня ты, ежели слышишь

В мрачном Аиде, что я знаменитого Гектора тело

Выдал отцу: не презренными он заплатил мне дарами;

595 В жертву тебе и от них принесу я достойную долю".



Так произнес - и под сень возвратился Пелид благородный;

Сел на изящно украшенных креслах, оставленных прежде,

Против Приама стоявших, и слово к нему обратил он:

"Сын твой тебе возвращен, как желал ты, божественный старец;

600 Убран лежит на одре. С восходом Зари возвращаясь,

Сам ты увидишь его; но теперь мы о пище воспомним.

Пищи забыть не могла и несчастная матерь Ниоба,

Матерь, которая разом двенадцать детей потеряла,

Милых шесть дочерей и шесть сыновей расцветавших.

605 Юношей Феб поразил из блестящего лука стрелами,

Мстящий Ниобе, а дев - Артемида, гордая луком.

Мать их дерзала равняться с румяноланитою Летой:

Лета двоих, говорила, а я многочисленных матерь!

Двое сии у гордившейся матери всех погубили.

610 Деяять дней валялися трупы; и не было мужа

Гробу предать их: в камень людей превратил громовержец.

Мертвых в десятый день погребли милосердые боги.

Плачем по них истомяся, и мать вспомянула о пище.

Ныне та мать на скалах, на пуатынных горах Сипилийских,

615 Где, повествуют, богини покоиться любят в пещерах,

Нимфы, которые часто у вод Ахелоевых пляшут,-

Там, от богов превращенная в камень, страдает Ниоба.

Так, божественный старец, и мы помыслим о пище.

Время тебе остается оплакать любезного сына,

620 В Трою привезши; там для тебя многослезен он будет".



Рек - и, стремительно встав, Ахиллес белорунную, овцу

Сам закалает; друзья, обнажив и опрятав, как должно,

В мелкие части искусно дробят, прободают рожнами,

Ловко пекут нк огне и готовые части снимают.

625 Хлеб между тем принесши, поставил на стол Автомедон

В пышных корзинах; но брашно делил Ахиллес благородный.

Оба к предложенным яствам питательным руки простерли.

И когда питием и пищей насытили сердце,

Долго Приам Дарданид удивлялся царю Ахиллесу,

630 Виду его и величеству: бога, казалось, он видит.

Царь Ахиллес удивлялся равно Дарданиду Приама, Страница 91 из 92 Следующая страница