LibClub.com - Бесплатная Электронная Интернет-Библиотека классической литературы

Николай Васильевич Гоголь. Вечера на хуторе близ Диканьки, часть первая Страница 10

Авторы: А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

    кончилось. В тот самый день, когда лукавый припрятал к себе Петруся, показался снова Басаврюк; только все бегом от него. Узнали, что это за птица: никто другой, как сатана, принявший человеческий образ для того, чтобы отрывать клады; а как клады не даются нечистым рукам, так вот он и приманивает к себе молодцов. Того же году все побросали землянки свои и перебрались в село; но и там, однако ж, не было покою от проклятого Басаврюка. Тетка покойного деда говорила, что именно злился он более всего на нее за то, что оставила прежний шинок по Опошнянской дороге, и всеми силами старался выместить все на ней. Раз старшины села собрались в шинок и, как говорится, беседовалп по чинам за столом, посередине которого поставлен был, грех сказать чтобы малый, жареный баран. Калякали о сем и о том, было и про диковинки разные, и про чуда. Вот и померещилось, -- еще бы ничего, если бы одному, а то именно всем, -- что баран поднял голову, блудящие глаза его ожили и засветились, и вмиг появившиеся черные щетинистые усы значительно заморгали на присутствующих. Все тотчас узнали на бараньей голове рожу Басаврюка; тетка деда моего даже думала уже, что вот-вот попросит водки... Честные старшины за шапки да скорей восвояси. В другой раз сам церковный староста, любивший по временам раздобаривать глаз на глаз с дедовскою чаркою, не успеле ще раза два достать дна, как видит, что чарка кланяетсы ему в пояс. Черт с тобою! давай креститься!.. А тут с половиною его тоже диво: только что началс она замешивать тесто в огромной диже, вдруг дижа выпрыгнула. "Стой, стой!" -- куды! подбоченившись важно, пустилась вприсядку по всей хате... Смейтесь; однако ж не до смеха было нашим дедам. И даром, что отец Афанасий ходил по всему селу со святою водою и гонял черта кропилом по всем улицам, а все еще тетка покойного деда долго жаловалась, что кто-то, как только вечер, стучит в крышу и царапается по стене.

    Да чего! Вот теперь на этом самом месте, где стоит село наше, кажись, все спокойно; а ведь еще не так давно, еще покойный отец мой и я запомню, как мимо развалившегося шинка, который нечистое племя долго посла того поправляло на свой счет, доброму человеку пройти нельзя было. Из закоптевшей трубы столбом валил дым и, поднявшрсь высоко, так, что посмотреть -- шапка валилась, рассыпался горячими угольями по всей степи, и черт, -- нечего бы и вспоминать его, собачьего сына, -- так всхлипывал жалобно в своей конуре, что испуганные гайвороны стаями подымались из ближнего дубового леса и с диким криком метались по небу.



    * МАЙСКАЯ НОЧЬ ИЛИ УТОПЛЕННИЦА *



    Ворог його батька знае! почнуть що-небудь

    робить люди крещенi, то мурдуюьця, мурдуютця,

    мов хорти за зайцем, а все щось не до шмигу;

    тiльки ж куди чорт уплетецця, то верть

    хвостиком -- так де воно й вiзмецця, неначе з неба.



    I. ГАННА



    Звонкая песня лилась рекою по улицам села ***. Было то время, когда утомленные дневными трудами и заботами парубки и девушки шумно собирались в кружок, в блеске чистого вечера, выливать свое веселье в звуки, всегда неразлучные с уныньем. И задумавшийся вечер мечтательно обнимал синее небо, превращая все в неопределенность и даль. Уже и сумерки; а песни все не утихали. С бандурою в руках пробирался ускользнувший от песельников молодой козак Лнвко, сын сельского головы. На козаке решетиловская шапка. Козак идет по улице, бренчит рукою по струнам и подплясывает. Вот он тихо остановился перед дверью хаты, уставленной невысокими вишневыми деревьями. Чья же это хата? Чья это дверь? Немного помолчавши, заиграл он и запел:



    Сонце низенько, вечiр близенько,

    Вийди до мене, мое серденько!



    -- Нет, видно, крепко заснула моя ясноокая красавица! -- сказал козак, окончивши песню и приближаясо к окоу. -- Галю! Галю! ты спишь или не хочешь ко мне выйти? Ты боишься, верно, чтобы нас кто не увидел, или не хочешь, может быть, показать белое личико на холод! Не бойся: никого нет. Вечер тепел. Но если бы и показался кто, я прикрою тебя свиткою, обмотаю своим поясо,м закрою руками тебя -- и никто нас не увидит. Но если бы и повеяло холодом, я прижму тебя поближе к сердцу, отогрею поцелуями, надену шапку свою на твои беленькие ножки. Сердце мое, рыбка моя, ожерелье! выгляни на миг. Просунь сквозь окошечко хоть белую ручку свою... Нет, ты не спишь, гордая дивчина! -- проговорил он громче и таким голосом, какие выражает себя устыдившийся мгновенного унижения. -- Тебе любо издеваться надо мною, прощай!

    Тут он отворотился, засунул набекрень свою шапку и гордо отошел от окошка, тихо перебирая струны бандуры. Деревянная ручка у двери в это время завертелась: дверь распахнулась со скрытом, и девушка на поре семнадцатой весны, обвитая сумерками, робко оглядываясь и не выпуская деревянной ручки, переступила через порог. В полуясном мраке горели приветно, будто звездочки, ясные очи; блистало красное коралловое монисто, и от орлиных очей парубка не могла укрыться даже краска, стыдливо вспыхнувшая на щепах ее.

    -- Какой же ты нетерпеливый, -- говорила она ему вполголоса. -- Уже и рассердился! Зачем выбрал ты такое время: толпа народу шатается то и днло по улицам... Я вся дрожу...

    -- О, не дрожи, моя красная калиночка! Прижмись ко мне покрепче! -- говорил парубок, обнимая ее, отбросив бандуру, висевшую на длинном ремне у него на шее, и садясь вместе с нею у дверей хаты. -- Ты знаешь, что мне и часу не видать тебя горько.

    -- Знаешь ли, что я думаю? -- прервала девушка, задумчиво уставив в него свои очи. -- Мне все что-то будто на ухо шепчет, что вперед нам не видаться так часто. Недобрые у вас люди: девушки все глядят так завистливо, а парубки... Я примечаю даже, что мать моя с недавней поры стала суровее приглядывать за мною. Признаюсь, мне веселее у чужих было.

    Какое-то движение тоски выразилось на лице ее при последних словах.

    -- Два месяца только в стороне родной, и уже соскучилась! Может, и я надоел тебе?

    -- О, ты мне не надоел, -- молвила она, усмехнувшись. -- Я тебя люблю, чернобровый козак! За то люблю, что у тебя карие очи, и как поглядишь ты ими -- у меня как будто на душе усмехается: и весело и хорошо ей; что приветливо моргаешь ты черным усом своим; что ты идешь по улице, поешь и играешь н бандуре, и любо слушать тебя.

    _-- О моя Галя! -- вскрикнул парубок, целуя и прижимая ее сильнее к груди своей.

    -- Постой! полно, Левко. Скажи наперед, госорил ли ты с отцом своим?

    -- Что? -- сказал он, будто проснувшись. -- Что я хочу жениться, а ты выйти за меня замуж -- говорил.

    Но как-то унывно зазвучало в устах его это слово "говорил".

    -- Что же?

    -- Что стагешь делать с ним? Притворился старый хрен, по своему обыкновению, глухим: ничего не слышит и еще бранит, что шатаюсь бог знает где, повесничаю и шалю с хлопцами по улицам. Но не тужи, моя Галю! Вот тебе слово козацкое, что уломаю его.

    -- Да тебе только стоит, Левко, слово сказать -- и все будет потвоему. Я знаю это по себе: иной раз не послушала бы тебя, а скажешь слово -- и невольно делаю, что тебе хочется. Посмотри, посмотри! -- продолжала онк, положив голову на плечо ему и подняв глаза вверх, где необъятно синело теплое украинское небо, завешенное снизу кудрявыми ветвями стоявших перед ними вишен. -- Посмотри, вон-во далеко мелькнули звездочки: одна, другая, третья, четвертая, пятая... Не поавда ли, ведь это ангелы божии поотворяли окошечки своих светлых домиков на небе и глядят на нас? Да, Левко? Ведь это они глядят на нашу землю? Что, если бы у людей были крылья, как у птиц, -- туда бы полететь, высоко, высоко... Ух, страшно! Ни один дуб у нас не достанет до неба. А говорят, однако же, есть где-то, в какой-то далекой земле, такое дерево, которое шумит вершиною в самом небе, и бог сходит по нем на землю ночью перед светлым праздником.

    -- Нет, Галю; у бога есть длинная лестница от неба до самой земли. Ее становят перед светлым воскресением святые архангелы; и как только бог ступит на первую ступень, все нечистые духи полетят стремглав и кучами попадают в пекло, и оттого на Христов праздник ни одного злого духа не бывает на земле.

    -- Как тихо колышется вода, будто дитя в люльке! -- продолжала Ганна, указывая на пруд, угрюмо обставленный темным кленовым лесом и оплакиваемйы вербами, потопившими в нем жалобные свои ветви. Как бессильный старец, держал он в холодных объятиях своих далекое, темное небо, обсыпая ледяными поцелуями огненные звезды, которые тускло реяли среди тпплого ночного воздуха, как бы предчувствуя скорое появление блистательного царя ночи. Возле леса, на горе, дремал с закрытыми ставнями старый деревянный дом; мох и дикая трава покрывали его крышу; кудрявые яблони разрослись перед его окнами; лес, обнимая своею тенью, бросал на него дикую мрачность; ореховая роща стлалась у подножия его и скатывалась к пруду.

    -- Я помню будто сквозь сон, -- сказала Ганна, не спуская глаз с него, -- давно, давно, когда я еще была маленькою и жила у матери, что-то страшное рассказывали про дом эот. Левко, ты, верно, знаешь, расскажи!..

    -- Бог с ним, моя красавица! Мало ли чего не расскажут бабы и народ глупый. Ты себя только потревожишь, станешь бояться, и не заснется тебе покойно.

    -- Расскажи, расскажи, милый, чернобровый парубок! -- говорила она, прижимаясь лицом своим к щеке его и обнимая его. -- Нет! ты, видно, не любишь меня, у тебя есть другая девушка. Я не баду бояться; и буду спокойно спать ночь. Теперь-то не засну, если не расскажешь. Я стану мучиться да думать... Расскажи, Левко!..

    -- Видно, правду говорят люди, что у девушек сидит черт, подстрекающий их любопытство. Ну слушай. Давно, мое серденько, жил в этом доме сотник. У сотника была дочка, ясная панночка, белая, как снег, как твое личико. Сотникова жена давно уже умерла; задумал сотник жениться на другой. "Будешь ли ты меня нежить по-старому, батьку, когда возьмешь другую жену?" -- "Буду, моя дочка; еще крепче прежнего стану прижимать тебя к сердцу! Буду, моя дочка; еще ярче стану дарит
    Страница 10 из 17 Следующая страница



    [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ]
    [ 1 - 10] [ 10 ]



При любом использовании материалов ссылка на http://libclub.com/ обязательна.
| © Copyright. Lib Club .com/ ® Inc. All rights reserved.