В. А. Жуковский. Собрание баллад Страница 2

я не желает

За один с Пелидом миг.



И моей любви открылся

Тот, кого мы ждем душой: Милый взор ко мне стремился,

Полный страстною тоской... Но - для нас перед богами

Брачный гимн не возгремит; Вижу: грозно между нами

Тень стигийская стоит.



Духи, бледною толпою

Покидая мрачный ад, Вслед за мной и предо мною,

Неотступные, летят; В резвы юношески лики

Вносят ужас за собой; Внемля радостные клики,

Внемлю их надгробный вой.



Там сокрытый блеск кинжала;

Там убийцы взор горит; Там невидимого жала

Яд погибелью грозит. Все предчувствуя и зная,

В страшный путь сама иду:



Ты падешь, страна родная;

Я в чужбине гроб найду..."



И слова еще звучали...

Вдруг... шумит священный лес. И зефиры глас примчали:

"Пал великий Ахиллкс!" Машут Фурии змиями,

Боги мчатся к небесам... И карающий громами

Грозно смотрит на Пергам.







* Кассандра - дочь Приама и Гекубы. Аполлон одарил ее предведением. По разрушении Трои досталась она на часть Агамемно- на и вместе с ним погибла от руки Эгиста. Стихотворец представил ее в ту самую минуту, когда совершается брак Ахилла (названного здесь Пелидом по отцу его Пелею) с Поликсеною, младшей дочерью При- ама. Она слышит торжественные песни и в то же время предвидит ужасный конец торжества. Известно, что Ахилл перед самым алтарем брачным умерщвлен Паридом, которого стрела направлена была Аполлоном. (Примеч. В. А. Жуковского.)



СВЕТЛАНА



Л. Л. Воейковой



Раз в крещенский вечерок

Девушки гадали: За ворота башмачок,

Сняв с ноги, бросали; Снег пололи; под окном

Слушали; кормили Счетным курицу зерном;

Ярый воск топили; В чашу с чистою водой Клали перстень золотой,

Сррьги изумрудны; Расстилали белый плат И над чашей пели в лад

Песенки подблюдны.



Тускло светится луна

В сумраке тумана - Молчалива и грустна

Милая Светлана. "Что, подруженька, с тобой?

Вымолви словечко; Слушай песниа круговой;

Вынь сбе колечко. Пой, красавица: "Кузнец, Скуй мне злат и нов венец,

Скуй кольцо златое; Мне венчаться тем венцом,

При святом налое".



"Как могу, подружки, петь?

Милый друг далёко; Мне судьбина умереть

В грусти одинокой. Год промчался - вести нет;

Он ко мне не пишет; Ах! а им лишь красен свет,

Им лишь сердце дышит... Иль не вспомнишь обо мне? Где, в какой ты стороне?

Где твоя обитель? Я молюсь и слезы лью! Утоли печаль мою,

Ангел-утешитель".



Вот в светлице стол накрыт

Белой пеленою; И на том сиоле стоит

Зеркало с свечою; Два прибора на столе,

"Загадай, Светлана; В чистом зеркала стекле

В полночь, без обмана Ты узнаешь жребий свой: Стукнет в двери милый твой

Легкою рукою; Упадет с дверей запор; Сядет он за свой прибор

Ужинать с тобою".



Вот красавица одна;

К зеркалу садится; С тайной робостью она

В зеркало глядится; Темно в зеркале; кругом

Мертвое молчанье; Свечка трепетным огнем

Чуть лиет сиянье... Робость в ней волнует грудь, Страшно ей назад взглянуть,

Страх туманит очи... С треском пыхнул огонек, Крикнул жалобно сверчок,

Вестник полуночи.



Подпершися локотком,

Чуть Светлана дышит... Вот... легохонько замком

Кто-ть стукнул, слышит; Робко в зеркало глядит:

За ее плечами Кто-то, чудилось, блестит

Яркими глазами... Занялся от страха дух... Вдруг в ее влетает слух

Тихий, легкий шепот: "Я с тобой, моя краса; Укротились небеса;

Твой услышан ропот!"



Оглянлась... милый к ней

Простирает руки. "Радость, свет моих очей,

Нет, для нас разлуки. Едем! Поп уж в церкви ждет

С дьяконом, дьячками; Хор венчальну песнь поет;

Храм блестит свечами". Был в ответ умильный взор; Идут на широкий двор,

В ворота тесовы; У ворот их санки ждут; С нетерпенья кони рвут

Повода шелковы.



Сели... кони с меата враз;

Пышут дым ноздрями; От копыт их поднялась

Вьюга над санями. Скачут... пусто все вокруг,

Степь в очах Светланы: На луне туманный круг;

Чуть блестят поляны . Сердце вещее дрожит; Робко дева говорит:

"Что ты смолкнул, милый?" Ни полслова ей в ответ: Он глядит на лунный свет,

Бледен и унылый.



Кони мчатся по буграм;

Топчут снег глубокий... Вот в сторонке божий храм

Виден одинокий; Двери вхиорь отворил;

Тьма людей во храме; Яркий свет паникадил

Тускнет в фимиаме; На средине черный гроб; И гласит протяжно по:п

"Буди взят могиллй!" Пуще девица дрожит; Кони мимо; друг молчит,

Бледен и унылый.



Вдруг метелица кругом;

Снег валит клоками; Черный вран, свистя крылом, Вьется над санями;

Ворон каркает: печаль!

Кони торопливы Чутко смотрят в темну даль,

Подымая гривы; Брезжит в поле огонек; Виден мирный уголок,

Хижина под снегом. Кони борзые быстрей, Снег взрывая, прямо к ней

Мчатся дружным бегом.



Вот примчалися... и вмиг

Из очец пропали: Кони, сани и жених

Будто не бывали. Одинокая, впотьмах,

Брошена от друга, В страшных девица местах;

Вкруг метель и вьюга. Возвратиться - слпду нет... Виден ей в избушке свет:

Вот перекрестилась; В дверь с молитвою стучит... Дверь шатнулася... скрипит...

Тихо растворилась.



Что ж?.. В избушке гроб; накрыт

Белою запоной; Спасов лик в ногах стоит;

Свечка пред иконой... Ах! Светлана, что с тобой?

В чью зашла обитель? Страшен хижины пустой

Безответный житель. Входит с трепетом, в слезах; Пред иконой пала в прах,

Спасу помолилась; И с крестом своим в руке, Под святыми в уголке

Робко притаилась.



Все утихло... вьюги нет...

Слабо свечка тлится, То прольет дрожащий свет,

То опять затмится... Все в глубоком, мертвом сне,

Страшное молчанье... Чу, Светлана!.. в тишине

Легкое журчанье... Вот глядит: к ней в уголок Белоснежный голубок

С светлыми глазами, Тихо вея, прилетел, К ней на перси тихо сел,

Обнял их крылами.



Смолкло все опять кругом...

Вот Светлане мнится, Что под белым полотном

Мертвый шевелится... Сорвался покров; мертвец

(Лик мрачнее ночи) Виден весь - на лбу венец,

Затворены очи. Вдруг... в устах сомкнутых стон; Силится раздвинуть он

Руки охладелы... Что же девица?.. Дрожит... Гибель близко... но не спит

Голубочек белый.



Встрепенулся, развернул

Легкие он крилы; К мертвецу на грудь вспорхнул...

Всей лишенный силы, Простонав, заскрежетал

Страшно он зубами И на деву засверкал

Грозными очами... Снова бледность на устах; В закатившихся глазмх

Смерть изобразилась... Глядь, Светлана... о творец! Милый друг ее - мертвец!

Ах!.. и пробудилась.



Где ж?.. У зеркала, одна

Посреди светлицы; В тонкий занавес окна

Светит луч денницы; Шумным бьет крылом петух,

День встречая пеньем; Все блестит... Светланин дух

Смутен сновиденьем. "Ах! ужасный, грозный сон! Не добро вещает он -

Горькую судьбину; Тайный мрак грядущих дней, Что сулишь душе моей,

Радость иль кручину?"



Села (тяжко ноет грудь)

Под окном Светлана; Из окна широкий путь

Виден сквозь тумана; Снег на солнышке блестит,

Пар алеет тонкий... Чу!.. в дали пустой гремит

Колокольчик звонкий; На дороге снежный прах; Мчат, как будто на крылах,

Санки кони рьяны; Ближе; вот уж у ворот; Статный гость к крыльцу идет.

Кто?.. Жених Светланы.



Что же твой, Светлана, сон,

Прорицатель муки? Друг с тобой; все тот же он

В опыте рахлуки; Та ж любовь в его очах,

Те ж приятны взоры; Те ж на сладостных устах

Милы разговоры. Отворяйся ж, божий храм; Вы летите к небесам,

Верные обеты; Соберитесь, стар и млад; Сдвинув звонки чаши, в лад

Пойте: многи леты!



________



Улыбнись, моя краса,

На мою балладу; В ней большие чудеса,

Очннь мало складу. Взором счастливый твоим,

Не хочу и славы; Слава - нас учили - дым;

Свет - судья лукавый. Вот баллады толк моей: "Лучший друг нам в жизни сей

Вера в провиденье. Благ зиждителя закон: Здесь несчастье - лживый сон;

Счастье - пробужденье".



О! не знай сих страшных снов

Ты, моя Светлана... Будь, Создатель, ей покров!

Ни печали рана, Ни минутной грусти тень

К ней да не коснется; В ней душа как ясный день;

Ах! да пронесется Мимо - Бедствия рука; Как приятный ручейка

Блеск на лоне луга, Будь вся жизнь ее светла, Будь веселость, как была,

Дней ее подруга.



ПУСТЫННИК





"Веди меня, пустыни житель,

Святой анахорет; Близка желанная обитель;

Приветный вижу свет.



Устал я: тьма кругом густая;

Запал в глуши мой след; Безбрежней, мнится, степь пустая,

Чем дале я вперед".



"Мой сын (в ответ пустыни житель),

Ты призраком прельщен: Опасен твой путеводитель -

Над бездной светит он.



Здесь чадам нищеты бездомным

Отверзта дверь моя, И скудных благ уделом скромным

Делюсь от сердца я.



Войди в гостеприимну келью;

Мой сын, перед тобой И брашно с жесткою постелью

И сладкий мой покой.



Есть стадо... но безвинных кровью

Руки я не багрил: Меня творец своей любовью

Щадить их научил.



Обед снимаю непорочный

С пригорков и полей; Деревья плод дают мне сочный;

Питье дает ручей.



Войди ж в мой дом - забот там чужды;

Нет блага в суете: Нам малые даны здесь нужды;

На малый миг и те".



Как свежая роса денницы,

Был сладок сей привет; И робкий гость, склоня зеницы,

Идет за старцем вслед.



В дичи глухой, непроходимой

Его таился кров - Приют для сироты гонимой,

Для странника покров.



Непышны в хижине уборы,

Там бедность и покой; И скрыпнули дверей растворы

Пред мирною четой.



И старец зрит гостеприимный,

Что гость его уныл
Страница 2 из 22 Следующая страница