В. А. Жуковский. Собрание баллад Страница 8

>
Где жизнь без разлуки,

Где все не на час -

И мнились ей звуки, Как будто летыщий от родины глас.



"О милые струны, Играйте, играйте... млй час недалек;

Уж клонится юный Главой недоцветшей ко праху цветок.

И странник унылый

Заутра придет

И спросит: где милый Цветок мой?.. и боле цветка на найдет".



-И нет уж Минваны... Когда от потоков, холмов и полей

Восходят туманы И светит, как в дыме, луна без лучей,

Две видятся тени:

Слиявшись, летят

К знакомой им сени... И дуб шевелится, и струны звучат.



МЩЕНИЕ







Изменой слуга пададина убил: Убийце завиден сан рыцаря был.



Свершилось убийство ночною порой - И труп поглощен был глубокой рекой.



И шпоры и латы убийца наде И в них на коня паладинова сел.



И мост на коне проскакать он спешит: Но конь поднялся на дыбы и храпит.



Он шпоры вонзает в крутые бока: Конь бешеный сбросил в реку седока.



Он выплыть из всех напрягается сил: Но панцирь тяжелый его утопил.



ГАРАЛЬД







Перед дружиной на коне

Гаральд, боец седой, При свете полныя луны,

Въезжет в лес густой.



Отбиты вражьи знамена

И веют и шумят, И гулом песней боевых

Кругом холмы гудят.



Но что порхает по кустам?

Что зыблется в листах? Что налетает с вышины

И плещется в волнах?



Что так ласкает, так манит?

Что нежною рукой Снимает меч, с коня влечет

И тянет за собой?



... в То феи легкий хоровод

Слетелись при луне. Спасенья нет; уж все бойцы

В волшебной тсороне.



Лишь он, бесстрашный вождь Гаральд,

Один не побежден: В нетленный с ног до головы

Булат закован он.



Пропали спутники его;

Там брошен меч, там щит, Там ржет осиротелый конь

И дико в лес бежит.



И едет, сумрачно-уныл,

Гаральд, боец седой, При свете полныя луны

Один сквозь лес густой



Но вот шумит, журчит ручей -

Гаральд с коня спрыгнул, И снял он шлем и влаги им

Студеной зачерпнул.



Но только жажду уолил,

Вдруг обессилел он; На камень сел, поник главой

И погрузился в сон.



И веки на утесе том,

Главу склоня, он спит: Седые кудри, борода;

У ног копье и щит.



Когда ж гроза, и молний блеск,

И лес ревет густой,- Сквозь сон хватается за меч

Гаральд, боец седой.













ТРИ ПЕСНИ







"Споет ли мне песню веселую скальд?"- Спросил, озираясь, могучий Освальд. И скальд выступает на царскую речь, Под мышкою арфа, на поясе меч.



"Три песни я знаю: в одной старина! Тобою, могучий, забыта она; Ты сам ее в лесе дремучем сложил; Та песня: отца моего ты убил.



Есть песня другая: ужасна она; И мною под бурей ночной сложена; Пою ее ранней и поздней порой; И песня та: бейся, убийца, со мной!"



Он в сторону арфу, и меч наголо; И бешенство грозные лица зажгло; Запрыгали искры по звонким мечам - И рухнул Освальд - голова пополам.



"Раздайся ж, последняя песня моя; Ту песню и утром и вечером я Греметь не устану пред девой любви; Та песня: убийца повержен в крови".



ДВЕНАДЦАТЬ СПЯЩИХ ДЕВ





Старинная повесть в двух балладах



Опятт ты здесь, мой благодатный Гений, Воздушная подруга юных дней; Опять с толпой знакомых привидений Теснишься ты, Мечта, к душе моей... Приди ж, о друг! дай прежних вдохновений. Минувшею мне жизнию повей, Побудь со мной, продли очарованья, Дай сладкого вкусить воспоминанья.



Ты образы веселых лет примчала - И много милых теней восстает; И то, чем жизнь столь некогда пленяла, Что Рок, отняв, назад не отдает, То все опять душа моя узнала; Проснулась Скорбь, и Жалоба зовет Сопутников, с пути сошедших прежде И здесь вотще поверивших надежде.



К ним не дойдут последней песни звуки; Рассеян круг, где первую я пел; Не встретят их простертые к ним руки; Прекрасный сон их жизни улетел. Других умчал могущий Дух разлуки; Счастливый край, их знавший, опустел; Разбросаны по всем дорогам мира - Не им поет задумчивая лира.



И снова в томном сердце воскресает Стремленье в оный таинственный свет; Давнишний глас на лире оживает, Чуть слышимый, как Гения полет; И душу хладную разогревает Опять тоска по благам прежних лет: Все близкое мне зрттся отдаленным, Отжившее, как прежде, оживленным.



Баллада первая



ГРОМОБОЙ



Leicht aufzuritzen ist das Reich

der Geister;

Sie liegen wartend unter dunner Decke

Und, leise horend, sturmen sie herauf.



Schiller *



------------------------------

* Нам в области духов легко проникнуть;

Нас ждут они, и молча стерегут,

И, тихо внемля, в бурях вылетают.

Шиллер. (Пер. В. А. Жуковского.)



АЛЕКСАНДРЕ АНДРЕЕВНЕ

ВОЕЙКОВОЙ



Моих стихов желала ты -

Желанье исполняю;

Тебе досуг мой и мечты

И лиру посвящаю.

Вот повесть прадедовских лет.

Еще ж одно - желанье:

Цвети, мой несравненный цвет,

Сердец очарованье;

Печаль по слуху только знай;

Будь радостию света;

Моих стихов хоть не читай,

Но другом будь поэта.

_______



Над пенистым Днепром-рекой,

Над страшною стремниной,

В глухую полночь Громобой

Сидел один с кручиной;

Окрест него дремучий бор;

Утесы под ногами;

Туманен вид полей и гор;

Туманы над водами;

Подернут мглою свод небес;

В ущельях ветер свищрт;

Ужасно шепчет темный лес,

И волк во мраке рыщет.



Сидит с поникшей головой

И думает он думу:

"Печальный, горький жребий мой!

Кляну судьбу угрюму;

Дала мне крест тяжелый несть;

Всем людям жизнь отрада:

Тем злато, тем покой и честь -

А мне сума награда;

Нет крлва защитить главу

От бури, непогоды...

Устал я, в помощь вас зову,

Днепровски быстры воды".



Готов он прянуть с крутизны...

И вдруг пред ним явленье:

Из темной бора глубины

Выходит привиденье,

Старик с шершавой бородой,

С блестящими глазами,

В дугу сомкнутый над клюкой,

С хвостом, когтьми, рогами.

Идет, приблизился, грозит

Клюкою Громобою...

И тот как вкопанный стоит,

Зря диво пред собою.



"Куда?" - неведомый спросил.

"В волнах скончать мученья".-

"Почто ж, бессмысленный, забыл

Во мне искать спасенья?"-

"Кто ты?"- воскликнул Громобой,

От страха цепенея.

"Заступник, друг, спаситель твой:

Ты видишь Асмодея".

"Творец небесный!"- "Удержись!

В молитве нет отрады;

Забудь о боге - мне молись;

Мои верней награды.



Прими от дружбы, Громобой,

Полезное ученье:

Постигнут ты судьбы рукой,

И жизнь тебе мученье;

Но всем бедам найти конец

Я способы имею;

К тебе нежалостлив творец,-

Прибегни к Асмодею.

Могу тебе я силу дать

И честь и много златк,

И грудью буду я стоять

За друга и за брата.



Клянусь... свидетель ада бог,

Что клятвы не нарушу;

А ты, мой друг, за то в залог

Свою отдай мне душу".

Невольно вздрогнул Громобой,

По членам хлад стремится;

Земли невзвидел под собой,

Нет сил перекреститься.

"О чем задумался, глупец?"-

"Страшусь мучений ада".-

"Но рано ль, поздно ль... наконец

Все ад твоя награда.



Тебе на свете жрть - беда;

Покинуть свет -д ругая;

Останься здесь - поди туда,-

Везде погибель злая.

Ханжи-причудники твердят:

Лукавый бес опасен.

Не верь им - бредни; весел ад,

Лишь в сказках он ужасен.

Мы жизнь приятную ведем;

Наш ад не хуже рая;

Ты скажешь сам, ликуя в нем:

Лишь в аде жизнь прямая.



Тебе я терем пышный дам

И тьму людей на службу;

К боярам, витязям, князьям

Тебя введу я в дружбу;

Досель красавиц ты пугал -

Придут к тебе толпою;

И, словом,- вздумал, загадал,

И все перед тобою.

И вот в задаток кошелек:

В нем вечно будет злато.

Но десять лет - не боле - срок

Тебе так жить богато.



Когда ж последний день от глаз

Исчезнет за горою,

В последний полуночный час

Приду я за тобою".

Стал думу думать Громобой,

Подумал, согласился

И обольстителю душой

За злато поклонился.

Разрезав руку, написал

Он кровью обещанье;

Лукавый принял - и пропал,

Сказавши": "До свиданья!"



____________



И вышел в люди Громобой -

Откуда что взялося!

И счастье на него рекой

С богатством полилося;

Как княжеский, разубран дом;

Подвалы полны злата;

С заморским выходы вином,

И редкостей палата;

Пиры - хоть пост, хоть мясоед;

Музыка роговая;

Для всех - чужих, своих - обед

И чаша круговая.



Возможно все в его очах,

Всему он повелитель:

И сильным бич, и слабым страх,

И хищник, и грабитель.

Двенадцать дев похитил он

Из отческой и сени;

Презрел невинных жалкий стон

И родственников пени;

И в год двенадцать дочерей

Имел от обольщенных;

И был уж чужд своих детей

И крови уз священных.



Но чад оставленных щитом

Был ангел их хранитель:

Он дал им пристань - божий дом,

Смирения обитель.

В святых стенах монастыря

Сокрыл их с матерями:

Да славят вышнего царя

Невинных уст мольбами.

И горней благодати сень

Была над их главою;

Как веоний ароматный день,

Цвели они красою.



От ранних колыбельных лет

До юности златыя

Им ведом был лишь божий свет,

Лишь подвиги благие;

От сна вставая с юным днем,

Стекалися во храме;

На клиросе, пред алтарем,

Кадильниц в фимиаме,

В священный литургии час

И
Страница 8 из 22 Следующая страница