Всеволод Владимирович Крестовский ПЕТЕРБУРГСКИЕ ТРУЩОБЫ Страница 50

ский, о чем всегда любил мечтать с особенной усладой душевной. Любимым занятием Прова Викулыча были религиозные препирания с раскольниками; здесь он входил в истинный, даже ожесточенный пафос, особенно когда мог побивать противника на основании текстов писания. Капитала своего Пров Викулыч не трогал, а жил, так сказать, на общественном иждивении. Мы уже сказали, что он был великий юрист. Всевозможные статьи, параграфы и пункты, особенно пятнадцатого тома, были знакомы ему в совершенстве. Знанием всей казуистики, всех ходов и закорючек полицейских и судебных мест владел он с замечательною прозорливостью. Но "хождений по делам" и стряпчества Пров Викулыч на себя не принимал. Он обучал только приходящих к нему за советом мошкнников. Если который из них попадался под следствие- учпл всевозможным отводам, указывал тайные лазейки и все те пункты закона, которые хотя мало-мальски могли послужить в пользу подсудимого. Следуя словам писания, которое повелевает посещать в темнице заключенных, он навещал иногда знакомых арестантов для осведомления о ходе их дел и подачи благих советов. Если арестанту хотелось на поруки, Пров Викулыч, как личность ни в чем зазорном не замеченная и под судом и следствием не состоящая, являлся поручителем, даже деньги свои давал иногда в долг, когда подсудимый мог отделаться взяткою, а наличных не имел. И, кажется, не было примера, чтобы деньги эти впоследствии ему не влзвращались. Если задумывалось какое-нибудь ловкое, сложное и рискованное предприятие, знакомые мошенники почти всегда предварительно шли к нему за советом. Пров Викулыч сметливым оком своим соображал и обдумывал дело, давал опытный и умный совет, как ловчее, тоньше и безопаснее его обделать, приводил закорючки и пункты, которые могут служить и pro и contra** в данном случае, и как скоро предприятие удавалось- получал свою долю благодарностп. Таким-то способом и жил он на общественном иждивении. Крайне осторожный и осмотрительный, он сохранил себе официально "честное имя" и был твердо уверен, что никогда и ни в чем не попадется. Если б вы назвали его мошенником, он бы до глубины души оскорбился, ибо с полным убеждением почитал себя честным человеком и истинным христианином. "Возлюби ближния своя",- неоднократно повторял он, как свое нравственное убежление, и на этом основании помогал мошенникам, раздавал нищим милостыню.. Жоржи чтили в нем истинного своего благодетеля и называли патриархом мазов.



______________



* Опытных воров, атаманов (жарг.).



** За и против (лат.).



Мое тело- тело бело



Разгуляться захотело...



- отхватывали сиплые детские голосенки в отдельной, непроходной комнате, когда за порог ее ступили Пров Викулыч и компания Фомушки.



Опрокинутые стулья, чайный прибор, пивные бутылки и водка служили признаками оргии, происходившей в этом уголке. С десяток мальчишек, от десяти до пятнадцатилетнего возраста, в разнокалиберных костюмах, наполняли небольшую горницу. Некоторые из них были положительно пьяны. Посредине происходила пляска. Двенадцатилетний мальчик отхватывал вприсядку трепака перед женщиной, еще молодой и даже недурной когда-то, на которой однако уже неизгладимо лежало отталкивающее клеймо разврата. Ее испитое, горящее хмельным румянцем лицо вполне гармонииовало с такими же испитыми лицами мальчишек. Подле танцующей пары ухарски восседал на табурете один взрослый и своими восклицаниями поощрял безобразную пляску.



- Цыц, вы, чертенята! Брысь под печку!- топнул на них Пров Викулыч.- У добрых людей пятница, а они срамные песни орут!



- Беса плясовицею и скаканием тешат!- промолвил от себя богобоязненный Фомушка.



Ребятишки немного притихли, взрослый почтительно привстал с табурета, плясунья удалилась за двери даже с некоторой робостью, потому что Пров Викулыч баб не любил.



- Что у вас за кагал тут жидовский?- несколько благосклонее спросил он, с достоинством рассевшись на диване.



- А вот- звонков* обучаж... Хотите- икзамет можно сделать?- с улыбкой отозвался взрослый, красивый парень лет двадцати пяти, в камлотовом пиджаке.



______________



* Учеников мошенников (жарг.).



- Не "икзамет", а экзамен, слово греческое,- докторально-педантически и совсем уже благосклонно поправил патриарх, любивший иногда щегольнуть своим знанием и начитанностью.



Камлотовый пиджак, сознавая ученое превосъодство патриарха, скромно ухмыльнулся и провел рукой под носом.



- Ну, делай, пожалуй; а я погляжу, да вот с добрыми людьми покалякаю,- согласился старик, приглашая компанию Фомушки подсесть к дивану.



Фомушка "сделал уважение" ему рюмкой мадеры, которою всегда эти господа угощают таких сановитых людей и которую очень любил Викулыч, хотя сначала и отказывался пригубить по случаю пятницы. Затем, представя ему Зеленькова, Фомушка вполголоса приступил к изложению задуманного дела с Морденкой, а камлотовый пиджак начал экзамен.



Он поставил табурет посредине комнаты и вынул из кармана ременный жгут.



- Вы, новички, слушай!- обратился он к трем мальчикам, из которых один, бледный, худощавый ребенок лет десяти, стоял позади всех у окна и не то со страхом, не то с удивлением глядел на все происходившее в этой комнате.



Видно было, что он дичился, что все это казалось ему странным и чем-то новым, невиданным.



- Слушай!- повторил камлотрвый пиджак.- Вот Сенька будет у меня форточничать, а вы- чур!- глядеть да учиться! Когда, значит, пойдем на работу и случится при эфтим деле в форточку пролезть, так надо, чтоб было аккуратно и без шуму. А коли нашумим, ребятки, так березовой каши в части похлебаем! Ну, Сенька, полезай!- скомандовал он плясавшему мальчишке.- Да гляди у меня, пострел: буде чуточку только сдвинешь табурет- жгут!



Сенька скинул сюртучонок и ловко полез между ножками и нижней перекладиной табурета. Камлотовый пиджак- жгут наготове- в наблюдательной позе стал над мальчишкой.



Сдвинул.



Раздался удар по спине и крик, слившийся со смехом мальчишек.



- Ах ты, девчонка!.. Он еще голосить тут вздумал!



- Да ведь больно... не приноровишься сразу...- простонал со слезами на глазах пролаза, вскочив на ноги.



- Затем и бьют, чтоб было больно,- пояснил ментор.- Даст бог, на Конной попадешься к Кирюшке* в лапы- еще больнее будет- значит, с младости приучаться надо.



______________



* Кирюшка- палач, некогда бывший в Петербурге. Его имя вделалось синонимом палача.



Мальчик, убежденный этим аргументом, полез опять и опять сдвинул на полвершка табуретку. Новый, еще сильнейший удар, но на этот раз уже ни малейшего крика.



- Молодец!.. Валяй сызнова, да делай начистоту!- ободряет ментор- и учениа его с изумительною ловкостьюп ролезает наконец между ножек- туда головой, а потом обратно ногами- ни на одну линию не сдвинув табуретки.



- Молодец, Сенька! ай да молодец!- восклицает ментор, приходя в истинный восторг.- Пошел, налей себе стакан водки в награду.



Пров Викулыч слушает Фомушку с компанией и в то же время, самодовольно поглаживая свою прекрасную бороду, с благоволивой улыбкой смотрит на искусство юного Сеньки. Одно только не совсем-то нравится ему: "Зачем мальчуга водку дует?- потому: пятница, и опять же нравственности ущерб, хотя, с другой стороны, трудно и не испивать в этаком положении". Так рассуждает Пров Викулыч, а камлотовый пиджак уже пиедставляет на его благоусмотрение новые плоды своей ланкастерско-педагогической деятельности. Он сел на табурет, положил к себе в карман довольно узких панталон кошелек с деньгами и кликнул нового мальчишку.



- Начинаю!- сказал мальчишка и, немного засучив рукав, осторожно запустил пальцы в карман учителя.



Через минуту он подал ему кошелек.



- Ну, брат, чистота!.. Вот уж подлинно, можно сказать, золотая тырка*,- изумился ментор,- гляди-ко, корт, без ошмалашу**, прямо полез, да еще говорит: "Начинаю", и хошь бы чуточку трекнул***... И знаю ведь, что тащит, бестия, а хошь убей- ничего не слыхал!..



______________



* Очень удачное воровство (жарг.).



** Ощупки (жарг.).



*** Неосторожно толкнул жертву во время кражи (жарг.).



- Чисто! оечнь чисто!- похвалил Пров Викулыч, который успел уже выслушать план задуманного дела и дать надлежащий добрый совет, сущность которого читатели узнают в надлежащем месте.



- Первый хороший праздник,- сказал камлотшвый пиджак молодому воришке,- я тебя беру с собой в Казанский. Это- словно бы уж и не жулик, а целый маз выходит. П-шел, собака, выпей водки!



- Клугин!- обратился Сенька к своему ментору.- Скажи Прову Викулычу, что мы нынче новивка привели.



Клугин вывел из толпы бледного ребенка в пестрядинном халате, того самого, который озирался на все с робким изумлением, и подвел его к патриарху.



- Как зовут?- отнесся к нему этот последний в том солидно-благодушественном тоне, как относятся обыкновенно законоучители ко вновь поступившим гимназистам.



- Миколкой,- чуть не задыхаясь, ответил мальчуга.



- Из мастеровых, надо полагать?- продолжал Викулыч, взглянув на его пестрядинный халатик.



- Сказывал, у сапожника в ученьи жил, да убёг от него третёвадни,- объяснял бойкий Сенька.- Мы нонче дрова таскать лазали, и видим- в пустой конуре собачьей сидит кто-то... Смотрим, а это он... Ну, вытащили да и привели... Голодный был...



- Есть родители али сродственники какие?- допрашивал новичка Пров Викулыч.



Мальчик дрожал и готов был разрыдаться.. Нижняя губа и подбородок его нервно трепетали- предвестие близких, но сдерживаемых слез.



- Не бойся, милый, отвечай... Мы худа нес делаем,- погладил его по головке Викулыч.- Есть, что ли, родители?



- Нету... никого...- с трудом ответил несколько ободренный мальчик.



-
Страница 50 из 146 Следующая страница