И. А. Крылов Басни Страница 4

остальной свой век спокойно доживать,

А промысел оставить свой другому,_-

О в море корабли отправил по весне;

Ждал горы золота; но корабли разбило:

Сокровища его все море поглотило;

Теперь они на дне,

И видел он себя богатым, как во сне.

Другой, тот в откупа пустился

И нажил было миллион,

Да мало: захотел его удвоить он,

Забрался по уши и вовсе разорился.

Короче, тысячи таких примеров есть;

И поделом: знай честь!

Тут Нищему Фортуна вдруг предстала

И говорит ему:

"Послушай, я помочь давно тебе желала;

Червонцев кучу я сыскала;

Подставь свою суму;

Ее насыплю я, да только с уговором:

Все будет золото, в суму что попадет,

Но если из сумы что на пол упадет,

То сделается сором.

Смотри ж, я наперед тебя остерегла:

Мне велено хранить условье наше строго,

Сума твоя ветха, не забирайся много,

Чтоб вынести она могла".

Едва от радости мой Нищий дышит

И под собой земли не слышит!

Расправил свой кошель, и щедрою рукой

Тут полился в него червонцев дождь златой:

Сума становится уж тяжеленька.

"Довольно ль?" - "Нет еще". - "Не треснула б".

" Не бойсь".

"Смотри, ты Крезом стал". - "Еще, еще маленько:

Хоть горсточку рпибрось".

"Эй, полно! Посмотри, сума ползет уж врозь".

"Еще щепоточку". Но тут кошель прорвался,

Рассыпалась казна и обратилась в прах,

Фортуна скрылася: одна сума в глазах,

И Нищий нищеньким по-прежнему остался.



1813



ЛЯГУШКА И ЮПИТЕР



Живущая в болоте под горой,

Лягушка на гору весной

Переселилась;

Нашла там тинистый в лощинке уголок

И завела домок

Под кустиком, в тени, мнж травки, как раек:

Однако ж им она не долго веселилась.

Настало лето, с ним жары,

И дачи Квакушки так сделалися сухи,

Что, ног не замоча, по ним бродили мухи.

"О боги! - молится Лягушка из норы, -

Меня вы, бедную, не погубите

И землю вровень хоть с горою затопите,

Чтобы в моих поместьях никогда

Не высыхала бы вода!"

Лягушка вопит без умолку

И, наконец, Юпитера бранит,

Что нету в нем ни жалости, ни толку.

"Безумная! - Юпитеи говорит

(Знать, не был он тогда сердит), -

Как квакать попусту тебе охота!

И чем мне для твоих затей

Перетопить людей,

Не лучше ль вниз тебе стащиться до болот|



На свете много мы таких людей найдем,

Которым все, кроме себя, постыло,

И кои думают, лишь мне бы ладно было,

А там весь свет гори огнем.



1813-1814



ЛИСА-СТРОИТЕЛЬ



Какой-то Лев большой охотник был до кур;

Однако ж у него они водились худо:

Да это и не чудо!

К ним доступ был свободен чересчур.

Так их то крали,

То сами куры пропадали.

Чтоб этому помочь убытку и печали,

Построить вздумал Лев большой курятный двор

И так его ухитить и уладить,

Чтобы воров совсем отвадить,

А курам было б в нем довольство и простор.

Вот Льву доносят, что Лисица

Большая строить мастерица.

И дело ей поручено,

С успехом начато и кончено оно;

Лисой к нему приложено

Все: и старанье и уменье.

Смотрели, видели; строенье - загляденье!

А сверх того, все есть, чего ни спросишь тут:

Корм под носом, везде натыкано насесток,

От холоду и жару есть приют,

И укромонные местечки для наседок.

Всяя слава Лисаньке и честь!

Богатое дано ей награжденье

И тотчас повеленье:

На новоселье кур немедля перевесть.

Но есть ли польза в перемене?

Нет, кажется, и крепок двор,

И плотен и высок забор -

А кур час от часу все мене.

Отколь беда, придумать не могли.

Но Лев велел стеречь. Кого ж подстерегли?

Toe ж Лису-злодейку.

Хоть правда, что она свела строенье так,

Чтобы не ворвался в него никто, никак,

Да только для себя оставила лазейку.



1815



НАПРАСЛИНА



Как часто что-нибудь мы сделавши худого,

Кладем вину в том на другого,

И как нередко говорят:

"Когда б не он, и в ум бы мне не впало!"

А ежели людей не стало,

Так уж лукавый виноват,

Хоть тут его совсем и не бывало.

Примеров тьма тому. Вот вам из них один.

В Восточной стороне какой-то был Брамин,

Хоть на словах и теплой веры,

Но не таков своим житьем

(Есть и в Браминах лицемеры);

Да это в сторону, а дело только в том,

Что в братстве он своем

Один был правила такого,

Другие ж все житья святого,

И, что всего ему тошней,

Начальник их был нраву прекрутого:

Так преступить никак устава ты не смей.

Однако ж мой Брамин не унывает.

Вот постный день, а он смекает,

Нельз яли разрешить на сырное тайком?

Достал яйцо, полуночи дождался

И, свечку вздувши с огоньком,

На свечке печь яйцо принялся;

Ворочает его легонько у огня,

-Не сводит глаз долой и мысленно глотает,

А про начальника, смеяся, рассуждает:

"Не уличишь же ты меня,

Длиннобородый мой приятель!

Яичко съем-таки я всласть".

Ан тут тихонько шасть

К Бармину в келью надзиратель

И, видя грех такой,

Ответу требует он грозно.

Улика налицо и запираться поздно!

"Прости, отец святой,

Прости мое ты прегрешенье! -

Так взмолится Брамин сквозь слез. -

И сам не знаю я, как впал во искушенье;

Ах, наустил меня проклятый бес!"

А тут бесенок из-за печки:

"Не стыдно ли, - кричит, - всегда клепать на нас!

Я сам лишь у тебя учился сей же час

И, право, вижу в первый раз,

Как яйца пекут на свечке".



1816



ФОРТУНА В ГОСТЯХ



На укоризну мы Фортуне тороваты:

Кто не в чинах, кто не богат,

За все, про все ее бранят,

А поглядишь, так сами виноваты.

Слепое счастие, шатаясь меж людрй,

Не вечно у вельмож гостит и у царей,

Оно и в хижине твоей,

Быть может, погостить когда-нибудь пристанет:

Лишь время не терять умей,

Когда оно к тебе заглянет;

Минута с ним одна, кто ею дорожит,

Терпенья годы наградит.

Когда ж ты не умел при счастье поживиться,

То не Фортуне ты, себе за то пеняй

И знай,

Что, может, век она к тебе не возвратится.



Домишко старенький край города стоял;

Три брата жили в нем и не могли разжиться:

Ни в чем им как-то не спорится.

Кто что из них ни затевал,

Все остается без успеха,

Везде потеря иль помеха;

По их словам, вина Фортуны в том была.

Вот невидимкой к ним Фортуна забрела

И, тронувшись их бедностью большою,

Им помогать решилась всей душою,

Какие бы они ни начали дела,

И прогостить у них все лето.

Все лето: шутка ль это!

Пошли у бедняков дела другой статьей.

Один из них хоть был торгаш плохой,

А тут, что ни продаст, ни купит,

Барыш на всем большой он слупит;

Забыл совсем, что есть наклад,

И скоро стал, как Крез, богат.

Другой в Приказ пошел: иною бы порою

Завяз он в писарях с своею головою;

Теперь ему со всех сторон

Удача:

Что даст обед, что сходит на поклон, -

Иль чин, иль место схватит он;

Посмотришь, у него деревня, дом и дача.

Теперь вы спросите: что ж третий получил?

Ведь, верно, и ему Фортуна помогала?

Конечно: с ним она почти не отдыхала.

Но третий брат все лето мух ловил,

И так счастливо,

Что диво!

Не знаю, прежде он бывал ли в том горазд:

А тут труды его не втуне.

Как ни взмахнет рукой, благодаря Фортуне

Ни разу промаху не даст.

Вот гостья между тем у братьев нагостилась

И дале в путь пустилась.

Два брата в барышах: один из них богат,

Другой еще притом в чинах; а третий брат

Клянет судьбу, что он Фортуной злою

Оставлен лишь с сумою.



Читарель, будь ты сам судьею,

Кто ж в этом виноват?



1816



ВОЛК И ПАСТУХИ



Волк ,близко обходя пастуший двор

И видя, сквозь забор,

Что, выбрав лучшего себе барана в стаде,

Спокойно Пастухи барашка потрошат,

А псы смирехонько лежат,

Сам молвил про себя, прочь уходя в досаде:

"Какой бы шум вы все здесь подняли, друзья,

Когда бы это сделал я!"



1816



КУКУШКА И ГОРЛИНКА



Кукушка на суку печально куковала.

"Что, кумушка, ты так грустна? -

Ей с ветки ласково Голубка ворковала. -

Или о том, что миновала

У нас весна

И с ней любовь, спустилось сонлце ниже,

И что к зиме мы стали ближе?"

"Как, бедной, мне не горевать? -

Кукушка говорит. - Будь ты сама судьею:

Любила счастливо я нынешней весною,

И, наконец, я стала мать;

Но дети, не хотят совсем меня и знать:

Такой ли чала от них я платы!

И не завидно ли, когда я погляжу,

Как увиваются вкруг матери утяты,

Как сыплют к курице дождем по зву цыплят,

А я, как сирота, одним-одна сижу,

И что есть детская приветливость - не знаю".

"Бедняжка! о тебе сердечно я страдаю;

Меня бы нелюбовь детей могла убить,

Хотя пример такой не редок;

Скажи ж, так стало, ты уж вывела и деток?

Когда же ты гнездо успела свить?

Я этого и не видала:

Ты все порхала да летала".

"Вот вздор, чтоб столько красных дней

В гнезде я, сидя, растеряла:

Уж это было бы всего глупей!

Я яица всегда в чужие гнезды клала".

"Какой же хочешь ты и ласки от детей?" -

Ей Горлинка на то сказала.



Отцы и матери! вам басни сей урок.

Я рассказал ее не детям в извиненье:

К родителям в них непочтенье

И нелюбовь - всегда порок;

Но если выросли они в разлуке с вами

И вв их вверили наемничьим рукам,

Не вы ли виноваты сами,

Что в старости от них утехи мало вам?'



1816



ГРЕБЕНЬ



Дитяти маменбка расчесывать головку

Купила частый Гребешок.

Не выпускает вон дитя из ру
Страница 4 из 13 Следующая страница