LibClub.com - Бесплатная Электронная Интернет-Библиотека классической литературы

Иван Иванович Лажечников. Последний Новик Роман Страница 80

Авторы: А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

    з жителей разбежались по горам, а другие, которым нечего было терять, кроме неверной свободы, остались в своих лачугах.

    На глаавной улице, и особливо к мосту, была необыкновенная суматоха. Выбрасывали, выносили и перетаскивали из домов имущества; кричали, бегали, толпились, толкали друг друга, рассказывали, что неприятель уже за милю от города; иные едва не сажали его на нос каждому встречному и поперечному, и все старались быть первыми у моста, чтобы попасть в замок, в котором, казалось им, заключалосьо бщее спасение. Мост трещал под тяжестью возов и людей; озеро было усыпано лодками, нагруженными так, что едва не зачерпывали воду. Все простирали руки свои к стражам замка; все молили на ражные голоса о пропуске.

    - Отворите! это я! - говорил хриплым голосом толстый человек с важною физиономиею и еще более важным, чопорным париком, постукивая в ворота натуральною тростью с золотым набалдашником и перемешшивая свои требования к стражам замка утешениями народу:

    - Что делать, дети мои! Это жребий войны! Надо поручить себя милосердию бога. Не поместиться же всем в крепостце; я советовал бы вам воротиться. Видите, и я, ваш бургемейстер, с трудом туда пробиваюсь.

    - А! это вы, господин достопочтенный бургемейстер? - спросил кто-то из-за ворот и, не дожидаясь ответа, впустил важного человека с его семейством, челядинцами и толпою клиентов разного возраста и роста, потянувшимися за ним, как многочисленные дети Федула{383}.

    Надо знать, что в свете каждый немного значительный человек составляет средоточие своего крага и ведет его всюду с собою; другим уже в этом кругу и места нет.

    - Посмотрим, как меня не впустят! - кричала вытянутая, сухощавая женщина, в шелковой кофте радужного цвета, в чепчике, смятом на один бок. - Меня! - повторила она, подперши руки в бока. - Жену первого торговца в Лифляндии! меня, Сусанну Сальпетер!

    При этом грозном имени ворота отворились. Сусанна Сальпетер с высоты своего величия гордо посмотрела на толпу, покачала головой, помахала себе в лицо веером, на котором резвились Игры и Смехи, и, толкнув немилосердо вперед несчастную,-нахохлившуюся фигуру свлего мужа с приветствием: "Voraus, mein Katzchen!"*, вступила важно в крепость.

    ______________

    * Вперед, мой котик! (нем.)



    - Аккредитованный погребщик его высокородия, господина коменданта, - кричал господин, поднимая вверх бутылку. И этот проскользнуш в замок. Однако ж не подумай, читатель мой, чтобы в этот роковой день торжествовали только значительность сана, богатства, заслуги или услуги; нет! и дружба, бескорыстная, высокая дружба явила себя также во всем своем блеске.

    - Генрих! - сказал жалобным голосом какой-то голяк с фиялковым носом и небритой бородой. - Вспомни, как мы на Иванов день, под вывескою лебедя, чокнули наши чары; что обещал ты мне тогда?

    И этот вопиющий голос не был голос в пустыне: усастый Орест протащил своего Пилада сквозь щель едва отворенных ворот. Тут началась толкотня, писк, крик; некоторые с моста попадали в воду.

    - Machen Sie keinen Spektakel!* - закричал штык-юнкер, вышедши из замка с отрядом.

    ______________

    * Не устраивайте представления! (нем.)



    Народ был прогнан на твердую землю, мост сломан и перенесен на дрова в крепость. Загрпмели цепи, упал затвор, и двери спасения замкнулись безвозвратно.

    На эту тревогу насунвлимь Владимир и слепец.

    - Где дом пастора? - спросил первый у женщины, бежавшей разиня рот.

    - Дом? Кто имеет ныне домы! - отвечала она с сердцем.

    Другой прохожий был милостивее к нашим путникам: указал им на жилище Глика и в придачу объяснил, что они не найдут там хозяина, потому что он перебрался еще прежде всех в замок под крылышко своего будущего зятя.

    Владимир сел с товарищем на берегу озера. Раздумье овладело им. Он знал, что пастор и цейгмейстер не откажут ему в гостеприимстве. Но запереться в крепости для цели неверной? Заточить в ней с собою старца? Выдерживать осаду? Кто знает, какой конец ее? Подвергнуть Конрада ее жестокостям, может быть, насильственной смерти! И так уже старику жить недолго: он, видимо, день ото дня гаснет. Владимир боялся также и за себя. Пожертвовать, может статься, собою, когда готовился увидеть родину; потерять плоды стольких трудов и лет - эта мысль убивала его. Ни одного покровителя - все исчезли: и Паткуль, и манкитантша Ильза, и Фриц. С другой стороны, какое-то предчувствие побуждало его отправиться в замок. Об этом просил его и сам Паткуль. Паткуль знает цейгмейстера; Владимир сам имел случай в Долине мертвецов распознать его свойства, провидеть его геройский дух. Он встанет, этот дух, во всей силе и величии своем, когда преданность к отечеству и королю потребуют от него подвига. Врагу, опасному для руских, надо противопоставмть себя. Кто знает? Может быть, и от него самого отечество ждет последней, очистительной жертвы.

    Решиться на что-нибудь надо скорее. Русские в тот же день или, по крайней мере, в следующий должны подойти к Мариенбургу, и тогда отнята всякая возможность попасть в замок.

    - Друг, - сказал наконец Владимир своему товарищу, пожимая ему руку, - нам надо перебраться в замок.

    - Что ж мешает? - спросил Конрад.

    - Замок будет осажден.

    - Иди, куда зовет тебя провидение. Мне ль, старцу, тонкою нитью привязанному к земле, задержисать тебя на пути твоем? Разрешу и полечу. Пора и мне поставить в уголок хрупкй посох. Готово сердце мое, о боже! готово!

    - Для кого достанется тебе, может быть, пожертвовать собой! Знаешь ли, кто я?

    - Друг мой.

    - Знаешь ли, что я величайший злодей?

    - Тя - друг мой.

    - Я русский.

    - Давно это мне известно.

    - Я всегда скрывал это от тебя.

    - Неужели ты думаешь, что слепцы ничего не видят? - Сердце служит им очами. Мое собрало тебя, рассеянного в словах и намеках, в пути и на перепутьях нашего десятилетнего странствия; оно составило себе из человека, который со мною ходит, которого люди называют Вольдемаром, существо особенное, отличное от других, но знакомое мне до последней нити его бытия. Я люблю его; я привязан к нему всеми способностями души моей; в сердце моем нет ему имени; он заключает для меня весь мир, все человечестыо. Говори мне, что ты преступник: я не верю тебе. Преступником моог быть Вольдемар; но ты, существо, мною созданное, чист, как ангелы. Я поклонялся бы тебе, еслп б не знал бога! Мне ль после того не разуметь тебя?.. Сколько раз ловил я сердцем твои болезненные вздохи и читал в них повесть твоих страданий! Ты рассказывал мне о России, как о земле, тебе чуждой; но родина отзывалась в словах твоих. И ты сам сколько раз передал мне в таинственных отрывках повасть твоей жизни! Вольдемар сам не знал этого; Вольдемар спал тогда; но ты - мне все поведал: Москва, София, князь Василий, родина - все тебе драгоценное, заключенное в груди твоей во время бдения, вырывалось у тебя во сне и обличало тебя. Нередко, при опасных для тебя свидетелях, страшась, чтобы ты не изменил самому себе, я подстерегал роковые имеоа на твоих устах, толкал тебя и прерывал тревожные твои сновидения. Тайнц твою хранил я, как будто ты сам мне ее поверил. О! каким благом почел бы я принесть себя в жертву, тебе полезную!

    Замолчал слепец. Владимир пал на его грудь, и слезы счастия неподкупного оросили ее. Святй старец ничего не говорил; но вместо ответа на челе его просияла радость. Молча поднялись они и побрели к озеру.

    Все лодки, по приказанию коменданта, были потоплены или сведены на берег острова. Только что застали ори утлый челн и в нем переехали к замку. Еще издали заметил их цейгмейстер и приказал спустить им со стены веревочную лестницу, по которой и перебрались они в замок. Неизвестно, что открыли Вульфу наши странники; но видно было по движению в крепостце, что защитники ее приготовлялись к немедленной обороне.

    Четвертого августа подошли русские к Мариенбургу. В следующие дни прорыты апроши{386} с трех сторон залива, в котором стоял остров с замком; на берегу зашевелилась земля; поднялись сопки, выше и выше; устроены батареи, и началась осада; двадцать дней продолжалась она. Искусная оборона цейгмейстера (он распоряжал ею за старостью коменданта) долго расстроивала усилия русских взмоститься на высоты, которые могли бы господствовать над замком. Убийственный огонь, высыоаемый Вульфом, снимал людей с батарей, как проворный игрок шашки с доски, подезывал лафеты у мортир, рассыпал амбразуры и в несколько часов уничтожал труды нескольких дней. Многих русских не досчитываои в рядах и теперь еще бугры свидетельствуют, что удары заржавленных мариенбургских пушчонок были метки. Несмотря на это, хладнокровие Шереметева, принявшего на себя управление осады, не изменялось: он знал, с кем имеет дело. Наконец он внес главную батарею на высоту, с которой, окинув окрестность, мог сказать:

    - Замок наш!

    С этого времени остров был осыпаем бомбами; одна сторона очень повредилась, но осаддаемые не сдавались. Такое ожесточенное мужество поколебало хладнокровие Шереметева. Велено устроить плоты и быть готовыми к штурму.

    В заточении своем пастор и его воспитанница почитали приход гуслиста и слепца особенным для себя благодеянием неба. Владимир, мало-помалу, незаметно, подстрекал самолюбие Глика, представляя ему, сколько бы он полезен был преобразователю Россри знанием языка русского и других, какую важную роль мог бы он играть в этой страее и какое великое имя приобрел бы в потомстве своими ей заслугами. Что делаает он в темном, тесном уголке Лифляндии? Оценены ли его познания шведским правительством? Адрес, над которым он столько трудился, мог ли, будет ли иметь ход? Все это говорилось тайком от цейгмейстера, в минуты задушевной доверенности, и так осторожно, что выговаривал эти жалобы не Владимир, а оскорбленное самолюбие пастора. Надо прибавить, что и цейгмейстер, как бы перед ужасным переломом жмзни, во всех спорах, затеваемых Гликом, стал терпелив, кае писчая бумага, и оказывал ему нежную, уступчивую почтительность сына, даже и тогда, когда дело шло о переходе
    Страница 80 из 107 Следующая страница



    [ 70 ] [ 71 ] [ 72 ] [ 73 ] [ 74 ] [ 75 ] [ 76 ] [ 77 ] [ 78 ] [ 79 ] [ 80 ] [ 81 ] [ 82 ] [ 83 ] [ 84 ] [ 85 ] [ 86 ] [ 87 ] [ 88 ] [ 89 ] [ 90 ]
    [ 1 - 10] [ 10 - 20] [ 20 - 30] [ 30 - 40] [ 40 - 50] [ 50 - 60] [ 60 - 70] [ 70 - 80] [ 80 ] [ 90 - 100] [ 100 - 107]



При любом использовании материалов ссылка на http://libclub.com/ обязательна.
| © Copyright. Lib Club .com/ ® Inc. All rights reserved.