LibClub.com - Бесплатная Электронная Интернет-Библиотека классической литературы

Н.С.Лесков Старые годы в селе Плодомасове Страница 9

Авторы: А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я



    - Прибери! - говорила только Марфа Андреева своей собеседнице, подавая ей дошитую детскую шапочку или свивальник.

    Девушка брала вещь, целовала с теплейшей благодарностью барынину руку, и они обе опять начинали молча работать.

    Накконец детского приданого наготовлено было очень много: больше уже нечего было и готовить.

    Марфа Андревна обратилась к другим, гораздо более важным заботам об участи ожидаемого ребенка.

    Плодомасова позвала к себе отца Алексея и велела ему писать под свою диктовку: "Во имя отца, и сына, и святаго духа".

    - Это что будет, государыня Марфа Андревна? - спросил отец Алексей.

    - А моя духовная, - отвечала боярыня и продолжала излагать свою волю, что всю свою законную часть из мужниного имения, равно как и имение от ее родителей, ею унаследованное, она в наказание сыну своему Алексею, не думавшему об участи его незаконного младенца, завещевает ребенку, который такого-то года, месяца и числа должен родиться от ее крепостной сенной девушки такой-то. А помимо сего награждения, от нее тому младенцу по праву еа даримого, она клятвою сына своего обязывает отдать тому младенцу третию часть и из его собстверной доли, ибо сим грех его беспчности о сем младенце хотя частию искуплен быть может. Марфа Андревнап одписала свою волю; отец Алексей ее засвидетельствовал и унес в алтарь своей церкви.

    Одновременно с этим Силуян, дворецкий Марфы Андрпвны, был послан добывать ожидпемому новорожденному неизвестного пола дворянское имя и вернулся с доброю вестью. Имя было припасено.

    Боярыня Плодомасова была успокоена, и внуку ее оставалось только родиться на судьбу, уже навороженную его бабушкой.

    Но в это время с Марфой Андревной слуяилось неожиданное и ужасное происшествие: ее постигло роковое испытание всем ее силам и крепостям.



    ГЛАВА ШЕСТАЯ

    ДОМАШНИЙ ВОР



    Марфа Андревна, живучи одна в своем огромном доме, постоянно держалась более одних антресолей. Там у нее были комнаты низенькие, уютные, с большими образниками, с теплыми, широкими лежанками из пестрых саксонскиэ кафель, с гуслями из карельской березы и с рядом бтльших длинных сундуков, тяжело окованных железом и медью. Здесь была постоянная спальня Марфы Андревны и ее образная, а с осени боярыня почти совчем закупоривалась на целую зиму на антресоли, и вышка эта делалась исключительным ее местопребыванием во все дни и ночи. Старухе и на антресолях было не тесно, и вправду, здесь было столько помещения, что свободно размещались все подручные покоики, и спальный, и образной, и столовый, и приемный залец с фортункой, на которой боярыня игрывала с отцом Алексеем, и гардеробная, и пялечная - словом, все,_что нужно для помещения одинокой старухи, и здесь Марфе Андревне было приятнее и веселее, чем в пустых больших покоях.

    - Волковня это у меня, а не дом, - говаривала, бывало, Марфа Андревна, проходя иногда с кем-нибудь по своим большим нижним покоям. - Ишь, куда ни глянешь, хоть волков пугай, пусто.

    Большие покои тяготили Марфу Андревну своей пустотой, и она сходила в них редко, тшлько при гостях, которые тоже посещали ее очень редко, или в других каких-нибудь экстренных случаях, встречавшихся еще реже. Большие покои нижнего этажа целые зимние дни опали, но зато оживлялись с большою энергиею ночью. Это было оживление совершенно особенное, напоминавшее слегка то, что бывает будто на Лысой горе на шабаше.

    Внизу зимой жили только сенные девушки да орава лакеев. Девушки сидели здесь на звонких донцах за прялками по своим девичьим, а лакаи - в большой и в малой передних, одни за картами, а другие, кто по-трудолюбивее и подомовитее, за вязаньем чулок и перчаток. Гостиные же, залы, столовые и наугольные покои были, как сказано, постоянно пусты во весь день до вечера и навещались только набродными номадами пo ночам. Когда на плодомасовские небеса спускалась ночь и в боярском доме меркли последние огни, между лакейскими и девичьими начиналось таинственное сообщение. С той и с другой стороны ночные бродяги и бродяжки, как мураши-сластены, расползались по ввем покоям барского дома; здесь они встречались и справляли сво йшабаш на пушистых коврах и диванах.

    Шум, поднимаемый в нижних больших покоях плодомасовского дома, бывал иногда столь неосторожен, что будил самое спящую на антресолях Марфу Андревну; но как подобный шум был для Марфы Андревны не новость, то она хотя и сердилась за него понемножку на своих челядинцев, но никогда этим шумом не тревожилась и не придавала ему никакого особого значения. Разве когда уже очень всем этим Марфу Андревну допекали и ей не спалось, то она решалась принимать какие-нибудь меры против этого бесчинства, но и то скорее, для потехи, чем для строгости. Боярыняв ставала, сходила тихонько вниз и обходила с палочкой дом. Тогда, зачуяв издали ее приближение, одни притаивались по углам, другие, не помня себя, опрометью летели во все стороны, как куропатки.

    В большую часть подобных своих ночных обходов Марфа Андревна возвращалась к себе без всякого успеха, только, бывало, распугает разве свою праздную челядь. Но иногда случалось иное. Случадось, что Марфе Андревне попадалась за рукав какая-нибудь девушка, и Марфа Андревна вела эту ночную бродяжку к себе за ухо, ставила ее перед образником на колени на мешочек, насыпанный гречею, и, усевшись сама на сундучок, заставляла грешницу класть земные поклоны, определяя число их сотнями, а иногда даже тысячей. Этим, впрочем, все наказание и кончалось. Марфа Андревна терпеть не могла, если девушка была с прибылью или пргсилась замуж, но так называемое "гулянье" считала необходимым злом, которое преследовала только более для порядка. Таков был дух времени.

    С сына она взыскала строго за оскорбление ее дома, зп то, что он посягнул на девушку, которая ходила за самой ею, Марфой Андревной, а более же всего за то, что он ее сын, который, по ее понятиям, должен был быть не тем, чем могли быть рабы, По отношению к рабам Марфа Андревна была далеко снисходительнее. Она и в обходы-то свои паскалась, как сказано, только во время бессонниц, и то словно для развлечения, как на охоту. А то Марфа Андревна, сколь бы ей ни докучали, едваз амечала ключнице:

    - Ты бы, мать моя, ночью-то хоть иной раз посматривала за крысами.

    - За какими, матушка, крысами? - осведомлялась ключница.

    - Да вон за рукастыми да иогастыми, чтт по передним спят. Скажи им, что уж я когда-нибудь к ним сойду, так плохо им будет.

    Ключница сккзывала, и крысы как будто унимались, но ненадолго, и через некоторое время опять начиналось то же шнырянье.



    ГЛАВА СЕДЬМАЯ

    НЕЗВАНЫЕ ГОСТИ



    Дом боярыни Марфы Андревны хотя был населен очень людно, но в нравах этого населения под старость лет боярыни начинала господствовать большая распущенность. Дом в ночное время содержался не опасливо, и хотя время тогдашнее былш не беспечное, но в доме Плодомасовой почти никакой осторожности против внешних напастей не наблюдалось. Здесь все вместе, как и каждый порознь, были уверены, что их очень много и что они "шапками всех закидают", а эта политика шапок хотя и бойка, но, как известно, не всегда хорошо себя оправдывает. Так это и случилось в плодомасовском доме, который слыл богатым и который, по тогдашним смутным временам, мозет быть следовало оберегать гораздо потщательней, чем он оберегался. Народ бредил пугачевщиной; везде шатались шайки мужиков и холопов, взманенных популярными успехами Пугачева; они искали добычи, а плодомасовский дом обещал этой добычи целые горы.

    В ноябре, в самую ненастную дождливую темень, в самую глухую полночь Марфе Андревне показалось, что у нее внизу дома происходит целая свалка. Шум, порою достигавший оттуда до ее слуха, был так смел и дерзок, что боярыня уже хотела встать и сойти или послать вниз спавшую в смежном с нею покое фаворитку Алексея Никитича; но самой Марфе Андревне нездоровилось_,а будить непорожнюю женщину и гонять ее по лестнице боярыня пожалела. В этих соображениях Марфа Андревна решилась оставить разбор дела до завтра; обернула голову теплым одеялом и уснула.

    Но вот слышится Марфе Андревне, будто кто-то трогает дверь на лестницу внизу. Крепкая дверь хорошо заперта и не отворится, а Марфе Андревне опять спится, и снова ей слышно, что по комнатам будто кто-то ходит. Полежала Марфа Андреева еще с минуточку, и вдруг ей кажется, что вокруг ее будто ветер веет, а кроме ветра, по ее покоям ходят и живые люди. Марфа Андревна совсем проснулась и покричала девушку, но ответа не было. Тогда она, удивленная, встала сама, надела босовички и вышла. И что же Марфа Андревна увидала? она увидала, что прямо против нее, в другой комнате, на сундуке лежит девушка, та самая, которою грешен был Алексей Никитич, и лежит она очень странно и неестественно - лежит вся навзничь, руки под спиною, а во рту платок.

    Как ни смела и подчас ни находчива была Марфа Андревна, но здесь она ничего не могла вдруг сообразить и придумать. А между тем для удивления Марфы Андревны, кроме горящей свечи и связаноой девушки, прмготовлены были и некоторые другие новины: как раз против вторых дверей Плодомасова увидала молодец к молодцу человек двадцать незнакомых людей: рожа рожи страшнее, ножи за поясами, в руках у кого лом, у кого топор, у кого ружья да свечи.

    "Что это такое? видение, что ли?" - подуммала Марфа Андревна; но врывавшийся в окно ветер с дождем и еще две рожи, глядевшие в выбитое окно из черных ветвей растущей под самыми окнами липы, пронесли мигом последние просонки боярыни.

    "Это, пожалуй, и Пугач!" - решила она и, торопливо накинув на плечи шушун, вышла и стала на пороге двери.

    Дом Плодомасовой посетил небольшой отдел разбойничьей шайки. Шайка эта, зная, что в доме Плодомасовой множество прислуги, между которой есть немало людей, очень преданных своей госпоже не рисковала напасть на дом открытой силой, а действовала воровски. Разбойники прошли низом дома, кого заперли,кого перевязали и, не имея возможности проникнуть наверх к боярыне без большого шума через лестницу, проникли к ней в окно, к которому как нельзя более было удобно подниматься по стоявшей здесь старой черной липе.

    Марфа Андревна недолго стояла в своем наблюдательном созерца
    Страница 9 из 17 Следующая страница



    [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ]
    [ 1 - 10] [ 10 - 17]



При любом использовании материалов ссылка на http://libclub.com/ обязательна.
| © Copyright. Lib Club .com/ ® Inc. All rights reserved.