ра департамента железнодорожных дел, министра путей сообщения, министра финансов, наконец председателя комитета министров, все время слышал разговоры о том, что нам в ближайшие годы, если не месяцы предстоит война с Германией. В течение 20 лет, мы все время, по железным дорогам, по финансам, в военном ведомстве всегда все меры принимаои, главным образом имея в виду войну на Западе, точно также и Германия при-нимала и ныне принимает меры, имея в виду войну с нами.
Перед самой Японской войной, когда не хотели верить в эту войну и ведя самую задорную политику, к войне не приготовлялись, все помыслы военного ведомства были направлены к возможной войне с Германией.
Как я говорю, за несколько месяцев до влйны, высшее воен-ное начальство занималось не возможною войною с Японией, а енизбежно, будто бы, предстоящей войной с Германией. Уже были назначены главнокомандующие армиями, так: армией, которая должна была сражаться с войсками германскими, главнокомандующим был назначен Великий Князь Николай Николаевич, а главнокомандующим армией, которая должна была сражаться с австрийской армией, был назначен военный министр Куропаткин. Между тем, слава Богу этой войны {204} не было и до сих пор ее нет и если мы будем вести разумную, невызывающую и добросовестную политику, то я уверен, что войны этой еще долго не будет.
Таким образом, тот факт, что государства приготовляются к бойне, еще никоим образом не служит основанием заключению, что поэтому война в непродолжительном времени неизбежна, напротив, именно разумное приготовление к войне при разумной не ребяческой политике служитьг арантией к тому, чтобы война без самых неизбежных причин не разразилась.
С Дальнего Востока я прямо приехал в Ливадию и кратко доложил Государю о моих впечатлениях. Но Государь подробно меня не выслушивал, прося меня прислать ему свой доклад. Этот доклад я составил в Петербурге и Ему представил уже в Петербурге.
В то время уже Безобразов посредством Великого Князя Александра Михайловича снова вошел в полный фавор к Его Величе-ству. Этим и объясняется, что Его Величество не был склонен особенно много говорить со мной о моих впечатлениях на Дальнем Востоке, ибо, если Его Величестчо склонялся более к взглядам Безобразова, то эти взгляды вели к авантюре, к риску, к войне, без серьезного приготовления к ней.
Во время пребывания моего в Ялте произошел другой характеристчный факт -- образование главного управления торгового мореплавания и назначение главноуправляющим Великого Князя Александра Михайловича.
* Насколько Великий Князь Михаил Николаевич полозовался общим уважением и любовью приближенных и знавших его лиц -- настолько же этим не пользовалась его супруга Великая Княгиня Ольга Федоровна, принцесса Баденская. Красивая, умная, с волею, она обладала прескверным хаоактером, имела постоянных фаворитов и была дамой хитрой и бессердечной. Она совершенно держала мужа в свших руках. Была распространена сплетня, что действительный ее отец был некий банкир еврей, барон Haber. Император Александр III иногда называл ее в интимном кружке "тетушка" Haber.
Великий Князь Александр Михайлович совсем пошел в мать и в интригах перещеголял ее. Красивый по наружности, не глупый, {205} полуобразованный, с большим самомнением, скрытный и страстный интригар, в отношениях довольно симпатичный. Старшую дочь Ксению нужно было выдать замуж. Государю, по его чисто русской натуре, нежелательно было выдавать ее за иностранного принца, да и к тому же старшую дочь Императора Александра III нельзя было выдавать за какого бы то ни было принца, Ксении же полюбился Александр Михай-лович. Свадьба была решена, хотя Александр Михайлович, как и все Михайловичи, не особенно то нравился Императору.
(Сравнить с воспоминаниями ВК Александра Михайловича на нашей странице - ldn-knigi: ..."Длинная лестница вела от дворца прямо к Черно-му морю. В день нкшего приезда, прыгая по мраморным ступенькам, полный радостных впечатлений, я налетел на улыбавшегося маленького мальчика моего возраста, который гулял с няней с ребенком на руках. Мы внимательно осмотрели друг друга. Мальчик протянул мне руку и сказал:
-- Ты, должно быиь, мой кузен Сандро? Я не видел тебя в прошлом году в Петербурге. Твои братья гово-рили мне, что у тебя скарлатина. Ты не знаешь меня? Я твой кузен Никки, а это моя маленькая сестра Ксения.
Его добрые глаза и милая манера обращения удиви-тельно располагали к нему. Мое предубеждение в отношении всего, что было с севера, внезапно сменилось желанием подружиться именно с ним. По-видимому, я то-же понравился ему, потому что наша дружба, начавшисьь с этого момента, длилась сорок два года.
Старший сын Населдника Цесаревича Александра Александровича он взошел на престол в 1894 году и был последним представителем династии Романовых.
Я часто не соглашался с его политикой, и хотел бы, чтобы он проявлял больше осмотрительности в выбор высших должностных лиц и больше твердости в проведении своих замыслов в жизнь. Но все это ка-салось "Императора Николая II" и совершенно не затраги-вало моих отношений с "кузеном Никки".
Ничто не может изгладить из моей памяти образа жизнерадостного мальчика в розовой рубашке, который сидел па мраморных ступеньках длинной Ливадийской лестницы и следил, хмурясь от солнца, своими удивительной формы глазами, за далеко плывшими по мо-рю кораблями. Я женился на его сестре Ксении девят-надцать лет спустя..".; ldn-knigi)
Перед свадьбой, летом, приблизительно за год до своей смерти, Александр III, уже будучи не вполне здоровым, совершал свою олыденную прогулку по финляндским шхерам. Александр III почему то не мог выкупаться в своей ванне, Александр Михайлович предложил Государю свою гуттаперчевую ванну. Он согласился и после ванны сказал Александру Михайловичу в присутствии других лиц, что Ему ванн очень понравилась. После этого Александр Михайло-вич сказал одному из флигель-адъютантов Государя, с которым он был в хороших отношениях, саркастически, что он рад, что, наконец, Императору понравилось хотя что либо до него касающееся.
Ксения была весьма дружна с Наследником Николаем, потому, конечно, Николай весьма подружился с Александром Михайловичем. Покуда Император Александр III был жив, само собою разу-меется, Александр Михайлович никакой роли не играл.
Когда воца-рился Николай II, то он сейчас же завел свои интриги, что ему было тем легче разыгрывать, так как Николай II по свойству своего характера переживал по отношению к Александру Михайловичу "la lune de miel".
Александр Михайлович был моряк, но не совершил полага-емого по цензу плавания, поэтому он не мог двигаться и с тою протекциею, которую имел. Но какое там плавание при молодой жене, сестре Императора. Ему хотелось сделать карьеру сразу и добиться поста генерал-адмирала. (ВК плавал еще до женитьбы!; ldn-knigi)
Морской министр генерал-адъютант Чихачев и, в особенности, генерал-адмирал Великий Князь Алексей Александрович, зная склонность Александра Михайловича к интригам, стояли на том, чтобы он проходил установленный цкнз. Поэтому со вступлением на престол Николая II началась борьба. Как это всегда бывает, лица почему либо недовольные данным ведомством, т. е. его начальством, сейчас же становятся во враждебный лагерь. Одним из таких лиц был Кази. Он имел старые счеты с Чихачевым. Когда последний был директором русского общества пароходства и торговби, тогда весьма {206} процветавшего, Кази был его помощником. Так как Кази хотел занять место Чихачева, то он должен был оставить службу. С тех пор он стал его врагом.
Кази был лейтенант в отставке, нигде серьезного образования не получил, но сам себя образовал, долго жил в Англии и был человек весьма даровитый и способный. В общем он был выдающийся человек и несомненно хорошо понимал морское дело. Александр Михайлович с ним сошелся и они начали борьбу с морским министерством. Кази писал записки, проекты и они передава-лись Императору Николаю. Император говорил, что он их вполне разделяет, что Он приведет их в действие, но по обыкновению не становился прямо ни на одну, ни на другую сторону. Внутренне Он желал бы осуществления идеи Алнксандра Михайловича и Кази, Он хотел бы видеть их во главе морского дела, но тогда Он был еще под полным влиянием Императрицы Матери, которая любила любимого брата своего мужа генерал-адмирала Алексяе, а Алексей поддерживал своего подчиненного Чихачева.
Я думаю, что идеи Кази об организации флота были более правильны, нежели Чихачева, а следовательно, Кази и Александр Михайлович были ближе к истине по существу и обладали большим талантом, нежели Великий Князь Алексей Александрович и Чихачев. Но несомненно также, что последние были более порядочные, нежели первые. Кази по натуре был склонен к интриге, а об Александре Михайловиче в этом отношении и говорить не стоить. Первый, по крайней мере, был весьма умный, талантливый и в общем поря-дочный человек.
Генерал-адъютант Чихачев несомненно был благородный и порядочный человек, а также умный, хотя может быть ему не было дано дара создателя русского флота, но все таки он был способнее всех тех лиц, которые были после него морскими министрами до настоящего времени.
Таким образом, завязалась с самого воцарения Николая II борьба между Алексеем (Чихачев) и Александром (Кази). Борьба эта пре-жде всего разыгралась в Либаве. Государь говорил мне, что Он непременно приведет желание почившего отца в исполнение и постро-ит порт на Мурмане. Прошло несколько месяцев и вдруг по-явился указ о том, что Либпвский порт сооружается согласно жешанию Императора Александра III и что ворнному порту, который будет там сооружен, даруется именование порта Императора Александра III. После этого указа, само собою разумеется, пошли громадный затраты {207} на этот порт, а теперь возбудился вопрос, что делть с этим портом на случае войны. Есть специалисты, которые чуть ли не советуют его уничтожить. Генерал-адхютант Дуба
Страница 11 из 84
Следующая страница
[ 1 ]
[ 2 ]
[ 3 ]
[ 4 ]
[ 5 ]
[ 6 ]
[ 7 ]
[ 8 ]
[ 9 ]
[ 10 ]
[ 11 ]
[ 12 ]
[ 13 ]
[ 14 ]
[ 15 ]
[ 16 ]
[ 17 ]
[ 18 ]
[ 19 ]
[ 20 ]
[ 21 ]
[ 1 - 10]
[ 10 - 20]
[ 20 - 30]
[ 30 - 40]
[ 40 - 50]
[ 50 - 60]
[ 60 - 70]
[ 70 - 80]
[ 80 - 84]
