а.
Первоначально главной опорой греческой култьуры является Херсонес (вернее - по дорическому произношению - Херсона). Его колониальная родословная: Генаклея, Мегара. Культурное значение его громадно для всего Черноморья.
Ближе всех отстоящий от малоазиатских колоний, более других отдаленный от Дикого Поля, пришедшийся как раз на пересечении черноморских путей с юга на север, он в силу этого положения легче других греческих колоний отстаивает свою политическую самостоятельность.
Его роль в Крыму та же (соблюдая, конечно, пропорции размаха, величины и значения), что Вавилона, Рима, т.е. тех городов, которые, принимая в себя целые расы завоевателей, переваривали их и продолжали свою культурную линию сквозь ряд мировых катастроф и крушения империй.
Являясь только крайним щупальцем греческой культуры, - он в течениее двух тысяч лет выдерживает весь прибой Дикого Поля и одну за другой эллинизирует наступающие и оседающие в Крыму расы.
Скифы, сарматы, алланы, готы, гунны, угры, варяги, славяне, печенеги, хазары, половцы, татары, турки... все по очереди веков появляются у его стен со своими присными. Только у Рима и у Византии хватало на это выдержки и мускулов. А перед нами простой торговый вольный город, слабо связанный со своей малоазиатской метрополией, которая и сама немногим может помочь ему, не имеющий ни запасов народонаселения, ни богатой и обширной территории, на которую он бы мог опереться, ни неприступных естественных защит - гор и
и ущелий, - сплавленный только гражданской присягой Херсонаситов, недавно открытой и являющейся прекраснейшим образцом заклинательной и гражданской поэзии:
Клянусь Солнцем, Землею, Зевсом и Девой
Богами и богинями олимпийскими и героями,
Которые владеют городом и землей
И укреплениями Херсонаситов:
Буду верен свободе города и граждан...
Не предам ни Херсонаса, ни Керкинитиды,
Ни Прекрасной Гавани,
Ни укреплений, ни области Херсонаситов...
Ничего никому: ни эллину, ни варвару.
Но сохраню народу Херсонаситов...
Буду служить Демиургам и Членам Совета
Как можно лучше и справедлиаее для города и граждан.
Не предам на словах ничего тайного,
Что может повредить городу, ни эллину, ни варвару.
Хлеб, вывозимый с равнины, продам в Херсонас,
А не в место иное.
Ежели клятву сию соблюду, да благо мне будет и роду.
Если ж нарушу - ни земли плодов не дадут,
Ни море, ни жены...
Судя по тем произведениям искусства, что найдены среди раскопок Херсонеса и хранятся в Эрмитаже, Херсонес был распространителем строгого стиля лучшей эпохи.
Он отразил в себе все волны больших исторических перемен: древнюю Грецию, эллинизм, Рим и Византию.
Еще в позднейшем византийском преображении он казался сказочно-небывалым киевлянам и новгородцам.
Романтическая слава Корсуня приводит к его, стенам князя Владимира, и Херсонес является для него тем же, чем Константинополь для крестоносцев, и Амстердам для Петра - одновременно.
Отсюда вывозятся на Русь: и религия, и обстановка, священники и мастера, монахи и ремесленнпки, реликвии и товары, иконы и млды, богослужебные книги и светская роскошь.
На юг же в течение всего своего существования он вывозит сырье Дикго Поля: в первую голову рабов, хлеб, соленую рыбу, а сверх того лес, шерсть, кожи и меха.
Первым эллинизированным народом являются скифы. Они занимают Крым около l1/2 тысяч лет и к концу этого периода находятся в таком же культурном соотношении к Греции, как Галлия к Риму.
Но намагниченные о Херсонес народы сами постоянн грозят его самостоятельности, как во втором веке те же скифы времен "царей Скилура и Палака, как Боспорское царство времен Митридата.
Потом Херсонес входит в сферу римского влияния, и Рим, сохраняя его самоуправление, помогает ему обороняться от готов и гуннов. К пятому веку он снова самое сильное государство в Крыму, распространитель христианства, огромная узловая и распределительная товарная станция, а для Византии-особо важный стратегический аванпост в борьбе с Диким Полем.
Крымские готы под его влиянием принимают христианство, эллинизируются и растворяются, и весь Южный Берег, заселенный греко-готским населением, надолго соъраняет имя Готии на всем пространстве между Судаком и Балаклавой.
В V и VI вв., когда гунны захватывают степной Крым, готы в союзе с греками стойко обороняют горную область.
В VII веке на место гуннов приходят хазары.
В VIII веке Херсонес принимает горячее участие в междоусобной византийской борьбе иконоборцев с иконодулами, стоя на стороне иконодулов. К этой эпохе относится возникновение всех крымских пещерныых монастырей, основанных монахами - почитателями икон, бежавшими из пределов империи (Инкерман, Успенский скит, Качикален, Черкес-Кермен, Мангуп-Кале).
В IX веке начинаются налеты на Херсонес варяжских дружин и Руси. К ним относится и поход князя Владимира на Корсунь.
Вся "Готия" входит в состав херсонесской "фемы". Проходят авары, мадьяры, печенеги, половцы...
В XIII веке, после взятия Константинополя крестоносцами и основания Латинской империи, в Крым проникает итальянское влияние. Генуэзцы утверждаются в Феодосии, венецианцы в Судаке.
В лице их Херсонес встречает более опасного соперника, чем в лице татар, которые занимают Крым после битвы при Калке (1224). К концу века вся "Готия",по договору генуэзцев с татарами, переходит из-под власти Херсонеса во владение Генуэзской Каффы, а скоро и сам Херсонес, оказывается вполне в ее власти.
К концу XV века, когда сама Каффа падает под напором
Страница 2 из 5
Следующая страница
[ 1 ]
[ 2 ]
[ 3 ]
[ 4 ]
[ 5 ]
