Петр Вяземский Старая записная книжка Страница 29

, а урод".



Книжка 10. (1834-1835)



13 июля 1834.



Первая мысль о путешествии. Письмо из Москвы. Возвратился я из Таиц.



11 августа. Выехали из Петербурга.



12-го. Из Кронштадта, в 6 часов утра.



27-го. Приехали в Ганау.



Октябрь 18. Выехали из Ганау после обеда, приехали в 9-м часу

ночевать в Ашафенбург. Строго требовали паспорта и едва согласились дать

нам доехать до трактира и там получить его. Ехав от Ашафенбурга, видели в

лесах снег.



Октябрь 19. Приехали в Вюрцбург в 1-м часу ночи. Все с горы на гору.

Живописно для глаз,, но не живоходно с немецкими лошадьми. Здесь сторона

бесплоднее. Города и селеня не так теснятся по дороге, как по ту сторону.

Городской замок на Майне...



Вюрцбург прекрасный город. Сад, площадь, замок, церковь близ замка

полна была народом и нарядными кпасавицами. От праздничного утра большое

движение на улицах, все из церкви или в церковь, и в полчаса времени увидел я,

может быть, половину городского населения. Крепость на высоте.



Октябрь 21. Приехали ночевать в Нердлинген. Дорога все гориста, но

менее, особенно последняя прловина. Города очень хороши. Народ везде

приветливый. Огромные прически женщин...



Октябрь 22. Выехали из Нердлингена. В Donauworth познакомился я с

Дунаем, довольно скромным в здешнем месте.



Октябрь 23. Всю ночь протащились и приехали в Мюнхен в 5 часов

утра.



Вдовствующая курфюрстина Баварская разбогатела поставками,

откупами. После Ганауского сражения поскакала она в армию и начала свои

обороты. Она, сказывают, сама о том говорит охотно.



У короля собрание портретов современных и полюбившихся ему

красавиц. Кто бы ни понравился ему, он выпросит позволение велеть списать

портрет и внесет в свой тайный музей. Доныне их 16. Наша Криднерша тут, а в

почине его итальянская Эгерия, к которой он так часто уклоняется для свидания

из Баварии. В потомстве он таким образом прослывет Соломоном, если по

портретам будут судить о подлинниках. Сказывают, один прусский кронпринц

видел этот платонико-созерцательный сераль.



Принц Карл женат на актрисе.



Ноябрь 1. Выехали из Мюнхена в 12 часов перед обедом.



Ноябрь 2. Приехали в Инсбрук. С горы на гору. Везде шумят ключи и

потоки. Царство сосны. На равнинах снег. Австрийская граница. Приставы

очень вежливы.



Ноябрь 3. Выехали из Инсбрука. Приехали в Штейнах и остались

ночевать, чтобы ночь не застала нас в Бреннере. На первой станции до

Шенберга увидели мы горную красавицу во всем блеске. Снежные гооы,

которые ттрчат в небесах под облаками, удивительное зрелище. Дорога над

пропастью. Хаос в первые дни создания. Солнце и лед. Тьма и свет.

Необузданные потоки и громады камней. Рука человечества еще не раздвинула

горы.



Когда мы совершили свое облачное путешествие, Наденька сказала:

"Четвертинские, может быть, видят нас теперь, если смотрят на небо".



В Штейнахе довольно хороший трактир. Церковь, расписанная

доморощенным живописцем, кажется, Кнофелем, здесь рожденным и жившим в

Милане. В церкви есть памятник ему.



В Инсбруке видел я в церкви памятник Андрея Гофера,

австрийско-тирольского Вильрельма Теля, который, впрочем, вероятно, не

вдохнул бы трагедии Шиллеру.



Инсбрук - хорошо обстроенный городок. Улица, где "Золотое Солнце",

в котором мы остановились, широкая, с широкими гранитными тротуарами.

Вообще все дома расписаны снатужи: Рафаэлевы ложи на медные деньги.



В Штейнахе рабочий народ в трактире после ужина молился в чулане на

коленях, гроако произнося молитвы. Вообще везде католическая набожность

уже несколько итальянвкая. И другая примера итальянмкого соседства: в

трактирной избе большая плита мраморная, вставленная в стол.



Все путешественники рассказывают про тирольские песни, коими

оглашена горная атмосфера; я ни одной еще не слыхал. Может быть, оттого, что

ноябрь на дворе, или на горе, оттого нет и красивости нарядов, о коих тажке

много говоярт. Заметил я только у женщин огромные турнюры, которые за пояс

(facon de parler - как говорится) заткнули бы турнюры наших петербургских

щеголих. После обеда заходящее солнце задергивало золотым прозрачным

покровом ущелья гор и отсвечивалось на посеребренных вершинах сосен,

слегка осыпанных снегом. Слияние золотого пара с серебряным паром.



Ноябрь 4. Проехали весь день и всю ночь обнадеженные и прельщенные

светлой и теплой итальянской ночью. За Бреннером нашли мы солнце и что-то

весеннее в воздухе, точно весеннее, ибо вышли мы из зимы.



Ноябрь 5. Приехали в Триент: Италия! То есть холодные комнаты,

дымящиеся камины и кислый хлеб.



Верона. Амфитеаир: сильнейшее впечатление всего путешествия.

Посреди амфитеатра - Подновинский балаган. В Италии постыдное

пренебрежение памятников, коими между тем она живет и показывает

прохожим, как нищие - увечья свои, чтобы вымолить грош.



Ноябрь 10-25. Флоренция.



Концерт полуартистов, полуаматеров. Пела Каталани арию свою

Portugalo. Есть еще отголоски старины, но уже не то. Бал у англтйского

священника. Познакомился тут с английским майором под-тюремщиком

Наполеона при Гудсон-Лове. Физические подгобности о Наполеоне.



Бал у князя Монфора. Графиня Липона. Вероятно, издаст со временем

свои записки или свои бумаги, чтобы оправдать короля, козла отпущения этой

эпохи. В одной книге говорится, что она хотела отравить брата и надеть

императорский венец на мужа. Говорила о привязанности и благодарности к

русским.



Ноябрь 25. Выехали из Флоренции. У заставы задержали около двух

часов. Нет нам удачи в дороге, все какая-нибудь закорючка.



Из Флоренции до Рима дорога все вниз и вверх. Запрягали до восьми

лошадей, то есть припрягали трех, а где и двух волов. Оливы и виноградники.

Много сельских домов в виду по сторонам. В первый раз слышу громкие песни

на улицах вечером. Вообще итальянский народ замолк. "Стал счастлив,

замолчал". Сказывают, напротив.



26-е. Ночевали в Buon Convento, завтракали в Сиене. Трактиры

итальянские, голодные и холодные.



27-е. Выехали около 6 часов утра, т.е. ночью. Предрассудок, что надобно

рано выезжать и засветло останавливаться, как будто не все равно - тьма

утренней ночи или вечерней.



Завтракали в Riccorsi: селение, где один почтовый двор и гостиница.

Приехали ночевать в Nobella. Трактир посредственный.



На высотах Радикофани поднялся холодный и силььный ветер, а день был

самый теплый, даже и не на солнце. Ужасная сторона и ужасная дорога. Все в

гору и с горы и дорога извивается змеей. И это называетмя bella Italia. Мертвая

природа - кладбище с нагими остовами гор. Можно ли сравнить берега Рейна?

В Италии, т.е. в известной мне, есть несколько замечательных городов, с

замечательными памятниками, но живописной природы нет. К тому же тормоз

для меня палач всех красот природы. И в Тироле он в глазах моих все портил, а

Апеннины только что раздражают нервыы, а поэзии нет: Италия прекрасный

музей, а не прекрасная земля.



30-е. В 4 часа выехали в Рим.



***



11 февраля 1835. Зажег сигарку огнем Везувия в 12 часов утра.



Апрнль 10. Выехал из Рима в 5 часов за полдень. Как мог я решиться

е хать один; я, в котором нет ни твердости, ни бодрости, ни покорности.

Переваливаю мысли свои как камни с одной над ругую...



11-е. Погода совершенно осенняя: холод, пасмурно. В сердце хуже осени.

Судороги тоски. Что-то чинят в коляске.



12-е. Приехал во Флоренцию в 9 часов утра. Отпевание Скарятина.

Выезжаю в 9 часов вечера.



13-е. Всю ночь проспал в коляске. Проспал кривую башню Пизы. Город,

кажется, прекрасный.



14-е. Приехал в Геную в полдень. Гейдекен, Закревская, Соболевские.

Дом на высотк. Гулянье. Золотая гостиная. Собор. Таможня. Лавки. Зала дожей.



15-е. Выехал из Генуи в 3 часа после завтрака. Всю ночь дождь

проливной.



16-е. Приехал в Турин в 11-м часу утра. Обедал у Обрескова. Дождь

целый день.



17-е. Познакомился с Сильвио Пеллико. Выехали из Турина в 10 часов

вечера.



18-е. Приехал в Милан в час перед обедом. Все дождь ночью и днем. В

письме к жене описываю, что делал.



19-е. Был у Манзони. Выехал из Милана в 5 часов после обеда.



20-е. В 12 часов приехал в Верону. Еду очень тихо. Все дождь. Озеро

Guardo.



21-е. Ночью и днем ничего не видал. От дождя сидел закупоренный в

коляске.



22-е. Обедал в Клагенфурте. Край очень живописный. Дождь оставил

меня на границе Италии, а солнце встретило в Германии.



24-е. В 9-м чаус утра приехал в Вену. Сдал депеши Горчакову и поехал в

трактир Zum Romischen Kaiser. После обеда, в Пратере, в 5 часов, весь город в

колясках и верхом, весь Эстеразитет и вся Лихтенштейшина. Общество,

которое ежедневно собирается в один час и в одно место, должно быть пустое

общество. Красавица Huniady, венгерка, - еще красавицы венгерки. Странный

вид гулянья в траурных платьях и траурных ливреях.



Разница между итальянскими почтарями и немецкими. Те, и не

дожидаясь ваших замечаний, указывают вам с восторгом на красоты земли:

bellissima cosa и пр. Сегодня, сидя на козлах, говорил я почтарю: Das ist ein

schoenes Land (Красивые места). - Ja, ed passirt (Ничего, сойдет), - отвечал он.



25-е. Был на скачке с Киселевой. Дождь; по
Страница 29 из 52 Следующая страница