Петр Вяземский Старая записная книжка Страница 32

Библиотека, или the

library, по числу книг очень бедная, но шкафами своими очень великолепна из

цельного магонского дерева (Пюклер Мюскау говорит, что из кедрового дерева)

и вообще вся деревянная отделка резная. Колонны, начиная от потолка до пола,

удивительной работы и красивости. В других покоях также много хорошей

отделки деревом, но мебель довольно обыкновенная. Жилых покоев мы не

видели, потому что в них живет теперь невестка герцога Норфолкского, жена

единственного сына ее Surrey. Несколько замечательных семейных картин

работы Lebrun, Anvelica Kaufman, Holbein, Vandycke.



Вид из некоторых окон обширный: море зелени, усеянное группами

деревьев как островами. Башня с жильцами. Пюклер говорил о старейшине их,

который лаял как собака, но мы его в живых уже не застали. С башни, как и

всегда, уверяют, что во всякую погоду видишь за тридевять земель тридесятое

царство... и собор of Chichester и остров Wight; но мы ничего этого не видали.

Сад, оранжерея. Особенного ничего нет. Ежегодно созревают 500 ананасов, ипо

оразцам, виденным нами, большой величины.



Парк обширен, но мы не углублялись в него. Впрочем, Пюклер о нем

мало госорит, а если было бы что описывать, то, несмотря на дождь, который

так лил на него, он все не избавил бы читателей от прогулки. Да и указатели

письменные и словесные, хотя англичане великие краснобаи и самохвалы, не

соблазнили нас парком. Вероятно, не содержится он в требуемой

щеголеватостм. Есть башня, с которой можно обнять весь парк, но она была уже

заперта, и ключник уже кончил свой день; а в Англии все на часы рассрочено, и

не в известное время ничего не делаеется. Охотники проехали по парку и стадо

оленей проскакало мимо нас по зеленому лугу и спустилось по склону горы в

глубокий овраг.



Новейшая часть замка, построенная отцом нынешнего дюка, стоила,

сказывают, 800000 фунтов стерлингов. И как подумаешь, что это не из лучших

замков, и что по всей Англии их может быть сколько? Несколько сотен, что ли?

То изумляешься богатству этой земли. Да прибавьте еще к наличному итогу

присутствие нескольких столетий, которые более или менее сохранились в

камнях, деревьях, и эту вековую собственность, эту наследственную земельную

собственность, которая не менее важна, чем наследственность династии; и

нельзя не сказать, что Англия царственная земля и первая держава в Европе.

Богатство, устройство германское имеет также свою цену, но все это

мещанское, мещанская трагедия в сравнении с греческой царской трагедией.



Возвратились мы к десяти часам. Сели обедать и выпили шампанского за

здоровье присутствующей и отсутствующих племянниц. Мой морганический

союз рушилсся. Леди Морган и пьемянница уехали третьего дня в Лондон.

Племяннпца поет Вот мчится тройка удалая и очень порядочно выговаривает,

только сгрустнулось затрудняет ее. Я обещал прислать ей музыку

Вьельгорского на эти слова.



Мне иногда хочется порядочно заняться английским языком, но потом,

как обдумаешь, что говорят ли по-английски на том свете, да разочтешь, что я

ближе к тому свету, нежели к здешнему, то печально откажешься от труда

безнадежного...



В самый тот день, когда Рубини давал свой концерт, радикал Feargus

O'Connor давал здесь свой meeting для предложения всеобщего избирательного

права, - и я, недостойный, пошел слушать Рубини. А есть еще люди, которые

считают меня либералом.



1-го октября. 21-е купание. Все спит, и ветры, и Нептун. Вчера ездили

мы верхом миле за шесть Devil's Dykce (Дьявольская плотина). Возвышение, с

которого видны в ясную погоду со стороны моря остров Wight, a с другой -

Виндзор, но по причине Альбионского тумана мы ничего не видали. Под горой

большая лощина. Земля, разбитая на четвероугольники, зеленеющиеся или

чернеющиеся и обставленные живой оградой. В таком виде представляются

почти все английские равнины. Солнце было как в дыму, род парной

испаряющейся репы.



Сегодня второе английское языколомание. Читал главу из Спектатора о

шутках вигов и тори и о барыне Rosalinda, a famous whig partizan, которая

имела, a very beautiful mole on the tory (правой стороне) part of her forehead, так

что часто ошибались и полагали, что она изменила нитересам вигов. Мой

учитель, который знает, верно, наизусть своего Адиссона, не менее того смеялся

сызнова этим шуткам.



2-го. Как родятся Рафаэлями, Ньютонами, Паганини, особенно Паганини,

так должно родиться со способностью произнести английский th и другие

несовместимые буквы.



3-го. Третьего дня вечер у Stephens, английский вечер: камин, чай,

безразговорность и смотрение альбомов и карикатур. Между прочимт

картниами будочник, подаренный Мещерским, и работы какого-то знаменитого

французского живописца в Петербурге. Так подписано под картиной. Stepheus,

адъютант герцога Кембриджского, мастер рисовать и, подобно Жуковскому,

собрал альбомы всех видов, снятых им в путешествии.



4-го. Вчера и ныне 23-е и 24-е купание и четвертое и последнее язычное

испытание. Учитель мой Rickard почти со слезами расстался со мной, жалея, что

теряет ученика, подававшего такие большие надежды.



Третьего дня обедал у дяди, или брата, или племянника моего

подполковника O'Reilly and герцогини Roxburghe, жены его. Мы не могли

доискаться точно, есть ли родство между нами, потому что фамилия O'Reilly

разделена на много отраслей, но он обещал справиться, когда получит от меня

дополнительные сведения, которые надеюсь отыскать в бумагах семейных,

оставшихся в Остафьеве; порядочно долго сидели за столом, со всеми

английскими проделками, предложениями заздравных тостов, перекатыванием

графинов кругом стооа, и наконец, предложением урыльника, которым я не

воспользовался, хотя из стеснения, из приличия и от нечего делать я довольно

накачал себя, чтобы было что выкачивать.



Между тем доктор Jonrs давал в честь мою музыкальный вечер в тот же

день и звал меня в 8 часов, а было уже около 10-ти и надобно было еще идти

наверх и пить кофе и чай к duchess, которая в ожидании нсс сидела одна в своем

drawing-room и глядела на луну; по счастью мой Мензбир, видя тоску

поджидавшего меня доктора Jones, пошел по всему городу искать меня и,

наконец, выручил из беды, вызвав из моего плена.



Вчера ездили с Леонтьевой и Стевенсами в Shoram смотреть

Swiss-Cottage, довольно милую игрушку, но здесь бесполезную. В Гермпнии

такое кафе было бы оживлено пивными четами, здесь нет этого рода забав. Все

чинно, холодно и безмолвно - tout est trop comme il faut (все очень комильфо).



У меня здесь есть молодой камердинер Шарлота Ивановна, которая

каждое утро благопристойно и целомудренно приходит будить меня, стучась у

дверей, смеется моему английскому косноязычию и пр. Однажды приносит она

мне сапоги мои, и я говорю ей: I kiss your hand, и спрашиваю: is it good English?

- No, Sir, - отвечает она, - it is very shocking.



Вечером гулял по Cliff, смотрел на луну в большой телескоп, который за

несколько грошей показывают, но луна в море была еще лучше.



Le Siecle, в номере от 2 октября, рассказывает, что, когда император

Николай получил королевское уведомление о рождении графа Парижского, он

отбросил его со словами: "Разве в Тюильери не знают, что я подписчик на

Moniteur?"



25-е купание. Вчера ходили смотреть сад адвоката Attree. Здесь сады

редкость по причине каменистой почвы, сто родов анютиных глазок. Потом на

празднике стрелков, archers. Не мастера.



Вечером у Леонтьевой пела Ostergaard, датская певица. Голос нежный,

сильный, но немного крикливый в высоких нотах. Дали ей аиии из "Жизнь за

Царя".



Лондон. 12 октября. Я выехал из Брайтона 6-го. Сегодня с Озеровым был

в Westminster и в Newgate. Жизнь по смерти и смерть при жизни. В Newgate я

ничего особенного не заметил и почти ничего того, что видел Пюклер Мюско.

Около 200 заключенных женщин, 40 детей лет 13-ти. Все за кражу.

Смертоубийц не было. Затворники строже содержатся. Не позволяют им пить

ни водки, ни пива. Нет военного караула. Всего 14 смотрителей, или сторожей.

После были в Китайском базаре. При нынешней королеве не было смертной

казни. Преступников выводят на место казни через кухню. В Westminster

прекрасный памятник, статуя Horner.-The poet's Corner (Уголок поэтов).



Были и в House of Lords (палате лордов), и в House of Commons (палате

общин). Не красна изба углами, а красна пирогами. Особенно в том виде, в

котором мы их застали: все вынесено, чистят. Я сел на шерстяной мешок.

Странное впечатление видеть пустынным и безмолвным то, что наполняет

внимание мира и гремит из края в край, что разгромило Наполеона и проч.

Пещера Эола, объятая сном.



Вечером был в Drury-lane. "Дон-Жуана" уже не застал, а видел балет,

котоырй видел в Париже: "Хромой бес" и в котором Фанни Ельснер танцует

качучу. Сущая пародия парижского балета. В Париже черт мелким бесом

вертится, а здешний черт не на шутку болается, брыкает, а публика смеется.

Впрочем, теперь не в сезонное время, публика средняя, все ложи, то есть

большая часть, обдеплена девами радости, из коих некоторые очень хороши.

Зала освещена хрустальными люстрами со свечами. Не хорошо и заслоняет

ложи.



Savemake Forest (графа Брюса). 17 октября 1838. Сегодня в шесть часов

утра разбудили меня, в 7 без четверти был я уже в Picadilly за свои пекадилии,

то есть за гре
Страница 32 из 52 Следующая страница