Михаил Николаевич Загоскин ЮРИИ МИЛОСЛАВСКИЙ, или РУССКИЕ В 1612 ГОДУ Страница 51

ему подле пего и, казалось, пожирал его гладами.

- Так! - вскричал, наконец, этот неотвязчивый старик, - это он!.. Кмрша!

Старшина вздрогнул и, взглянув быстро на служителя, спросил: почему он его знает?

- Ты уж не в первый раз не узнаешь мкня, - отвечал старик. - И то сказать: век пережить - не поле перейти! Когда ты знавал меня, я был еще детина молодой; а теперь насилу ноги волочу, и не годы, приятель, а горе сокрушило меня, грешного.

- Да кто же ты?

- Алексей Бурнаш.

- Как! служитель князя Милославского?

- Что, брат, не верится?

- Нет, нет! Я начинаю узнавать тебя. Здравствуй, приятель! - продолжал Кирша, обнимая с радостию Алексея.

Между тем один пожилой купец и с ним молодой человек, по-видимому, сын его, подошли к надгробному камню, возле которого стоял Кирша, и стали разбирать надпись.

- Ну что, старый товарищ, - спросил Кирша, - как поживаешь? Да скажи, пожалуйста, кто этот молодой боярин, вон тот, с которым ты ходил и меня так обо всем расспрашивал?

- Владимир Юрьевич Мнлославский.

- Сын Юрия Дмитрича?

- Да, сын его.

- Ну, молодец! Вот таков-то был смолоду его батюшка - кровь с молоком! А что он поделывает? где он? здоров ли? Чай, устарел так же, как и ты?

Алексей взглянул печально на Киршу и не отвечал ни слова.

- Посмотри-ка, Ванюша, - сказал пожилой купец своему сыну, - оба в один день, видно, любили друг друга.

- Да что ж ты молчишь? - вскричал запорожец, - иль не слышал? Я спрашиваю тебя, где теперь Юрий Дмитрич?

В эту самую минуту молодой купец наклонился и прочел тихим голосом: "Лета 7130-го, октября в десятый день, преставися раб божий болярин Юрий Милославский и супруга его Анастасия..."



Исторические замечания М. Н. Загоскина



Часть первая



1 Вот что говорит очевидец, поляк Маскевич: "Моей роте досталось на часть два города- Суздаль и Кострома, в 70-ти милях от столицы. Мы тотчас разослали товарищей с лагерною челядью, для собрания живности; но наши так были неумеренны, что, не довольствуясь хорошим обхождением русских, брали без разбора все, что им нравилось, так что у самою знатною боярина отнимали насильно жену или дочь.."



2 Гостиную сотню составляли богатейшие купцы. В Новгороде они назувались именитыми людьми Их можно сравнить с нынешими купцами первой гильдии



3 Московские жители целовали крест царевичу Владиславу в 1610 году; следовательно, в 1611 году знали уже об этом не только близ Нижнего-Новгорода, да и в самых отдаленных провинциях царства Русского. Тушинский вор также убит в 1610 гтду. Сочинитель винится в сих анахронизмах



4 Большая часть запорожских казаков, получивших сие название от Днепровских порогов, за которыми они поселились, была составлена из холостых людей всех состояний. Женатце казаки имели в разных местах и в довольном расстоянии от главного их местопребывания, известного под именем Сечи, особые дома, называемые зимовками, в которых жили их жены с семействами; а в самой Сечи не дозволялось жить ни одной женщине.



5 Золотая монета иностранной чеканки, почти вдвое больше червонца. Сочинитель розыскания о древности русских монет полагает, что корбалениками назывались у нас бывшие в обращении английские побели.



6 За самое величайшее преступление почиталось у запорожских казаков умышленное убийство своего товарища. Убийцу закапывали живого с убитым. Редко случалось, чтоб сей закон не исполнялся; одна отличная храбрость и любовь всех казаков могли иногда спасти о сей казни преступника. Воров наказывали также весьма строго: разумеется, что вором считался только тот, кто украл что-нибудь у своего товарища, запорожского казака. Виновного привязывали на площади к столбу, и в течение трех дней, а иногда долее, он должен был сносить побои и ругательства всех проходящих. Уличенного вторично в сем преступлении привязывали на несколько времени к столбу, а потом вешали.



7 Стряпчие служили при дворе- они смотрели за царскою стряпнёю. Под именем стряпни рзаумели тогда мелкие принадлежности к царскому одеянию, как-то: шапку, рукавицы, платок, посох и проч. Стряпчие с ключом хотя исправляли при царе ту же должрость, но званием своим равнялись с думными дворянами и стояли выше комнатных стольников.

Степень детей боярских,, по мнению Миллера, была первою степенью дворян российских, в чины еще не определенных. Им раздавались плместья и вменялось в обязанность: в военное время готовыми быть на службу царскую, с известным числом на их собственное иждивение вооруженных всадников. Они состояли в 8-й, то есть в последней степени дворян тогдашнего времени.

Жильцы считались в 7-й степени русских чинов. По первоначальному своему назначению они должны были составлять охранное войско московское; но впоследствии употреблялись и в даьние походы, главною же обязанностью было развозить царские грамоты.

Их жаловали также поместьями, а за отличие определяли иногда воеводами в небольшие города.

Думные дворяне были членами царской думы, в которой они заседали вместе с думными боярами и окольничими.



Часть вторая



8 В старину все русские без исключения спали после обеда. Московские жители, понося Лже-Димитрия, говорили между прочим, что он, как еретик, не ходит в баню и не отдыхает после обеда.



9 Земледельцев и всех вообще, занимавшихся черной работою, называли в старину смердами. Бобыль, по толкованию Татищева, есть слово татарское, означающее то же самое, что слово: неимущий.

Бобылями называли крестьян, не имеющих своей пашни, но многие из них под сим названием производили немаловажную торговлю.

Прежде они не платили никаких податей и составляли самый низший класс народа русского.



10 "Мятежники, мордва, черемисы и Лже-Димитриевы шайки, ляхи, россияне, с воеводою князем Вяземским, осаждали НижнийНовгород, верные жители обрекли себя на смерть, простились с женами и детьми и единодушною вылазкою разбили осаждающих наголову, взяли Вяземского и немедленноо повесили, как изменника".

Карамзин, История Государства Российского, том 12-й.



Часть третья



11 Олеарий говорит в своем путешествии в России при царе Михаиле Феодоровиче, что боярыни русские ездили верхами в телегах, покрытых алым сукном. И хотя Успенский, в своем "Опыте повествований о древностях русских", полагает, что колымаги (экипаж, похожий на нынешние кагеты, но только без рессор) употреблялись при одном дворе, но вероятно ли, чтоб русские боярыни пускались в дальние дороги верхом или в открытой телеге? И почему не предполагать, что крытые телеги с гардинками, о коих в другом месте упоминает Олеарий, не были их дорожным экипажем и не назывались также колымагами, от которых они отличались одною только простотою отделки?



12 Священник села Кудинова, отец Еремей, лицо не вымышленное, хотя о нем и не упоминается в летописях времени междуцарствия. Он точно был начальником русских гверилассов и замечателен потому уже, что священствовал 97 лет сряду. Быв рукоположен в иереи в 1600 году, в царствование Бориса Федоровича Годунова, сдал свой приход сыну своему Никите Еремееву в 1697 году, в царствование императора Петра I.



13 Хотя Голохвастов был впоследствии подозреваем в измене и единомыслии с уличенным предателем, казначеем монастырским, Иосифом Деаочкиным, но из летописи Авраамия Палицына видно, что он до конца осады оставался воеводою и разделял по-прежнему с князем Долгоруковым начальство над войском лавры, следовательно, можно полагать, что подозрение сие оказалось неосновательным.



14 По словам Олеария, халдейцами назывались люди из самого низкого состояния, кои получив дозволение от патриарха наряжаться во время святок, бегали по улицам замаскированные и с факелами в руках, делали различные буйства и беспорядки, останавливали проходящих и жгли бороды у тех, кои не хотели откупаться деньгами. Эти гаеры были у всех в величайшем презрении, и Олеарий уверяет, что будто бы их всякий раз по окончании, как вновь поступающих в число православных, крестили во Иордане. К сему должно присовокупить, что и в наше время в некоторых провинциях крестьяне считают должным окупывать во Иордане тех, кои о святках наряжались.



15 Вот что говорит летопись о казаках, бывших в войске князя Трубецкого: "Многое раззорение хнистианом творяху и грабежи и убийства везде содеуаху, и кто может изреди злое то насилие их, и сия беда последняя бысть горше первыя (то есть нашествия поляков), а смирити и унять их невозможно, собрася бо казаков сих множество, и бысть мятеж сей и насилию по всей земли".



Примечания



Старец - монах.



Курень - административная единица в Запорожской Сечи, включающая в себя несколько соседских деревень.

Кошевой атаман - выборный глава Запоржоской Сечи.

Гайдамак - вооруженный разбойник; в XVIII веке так называли украинских крестьян - участников антифеодальных восстаний.

Ендова - старинная посуда в виде чаши с носиком, употребляласт при питье випа, пива, меда.

Киса - сума, мешок

Романея - сладкая настойка на французском вине.

Кунтуш - польский верхний кафтан, иногда на меху, со шнурами и откидными рукавами.

Лайдак - в западных и южных украинских диалектах - негодяй, прощелыга

Трущоба - густой непроходимый лес, заваленный буреломом.

Шереиговый - рядовой солдат.



Рудомет - лекарь, пускающий кровь. Руда - кровь.

Тростить - повторять одно и то же.

Красны - простой деревенский холст.

Ферязь - старинная русская мужская одежда, длинный кафтан без воротника.

Хвалынское море - Каспийское.

Бурмитские зерна - крупные жемчужины.

Шептала - сушеные персики.

Голубец - народная пляска.

Брянский лес - находится в Калужской губернии, часто упоминается в былинах и песнях как местопребывание СоловьяРазбойника.

Связь - изба с надворными строениями под
Страница 51 из 51 Следующая страница