LibClub.com - Бесплатная Электронная Интернет-Библиотека классической литературы

Николай Георгиевич Гарин-Михайловский. Гимназисты Страница 9

Авторы: А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

    го закапали, как кипяток, на голову Карташева:

    - До такой гадости... до такой пошлости может довести человека желанье вечно оригинальничать...

    Класс завертелся в глазах Карташева. Половина слов пролетела мимо, но довольно было и тех, которые попали в его уши. Ноги его подкосились, и он сел, наполовину не сознавая себя. Учитель нервно, желчно закашлялся и схватился своей маленькой, растопыренной рукой за впалую грудь. Когда припадок прошел, он долго молча ходил по классу.

    - В свое время в университете с вами подробно коснутся того печального явления в нашей литературе, коиорое вызвало и вызывает такое шутовское отношение к жизни.

    Намек был слишком ясен и слишком обидным показался для Корнева.

    - История нам говорит, - не утерпел он, бледнея и подымаясь с перекосившимчя лицом, - что многое из того, что современникам казалось шутовским и не стоящим внимания, в действительности оказывалось совсем другим.

    - Ну-с, а это не окажется, - круто повернул к нему свои темные очки учитель. - И не окажется по тому по самому, что это - история, а не передержка. Ну-с, во всяком случае, это не современная тема. Что задано?

    Учитель погрузился в книгу, но сейчас же оторвался и снтва заговорил:

    - Мальчишетсву нет места в истории. Пятьдесят лет тому назад живший поэт для понимания требует знания эпохи, а не выдергиванья его из нее и привлечения в качестве подсудимого на скамью современности.

    - Но стихи этого поэта "Подите прочь" мы, современники, учим на память...

    Митрофан Семенович высоко поднял брови, оскалил зкбы и молча смотрел, как скелет в синих очках, на Корнева.

    - Да-с, учите... должны учить... и если не будете знать, получите единицу... И не вашей-с компетенции это дело.

    - Может быть, - вмешался Долба, - мы не компетентны, но хотим быть компетентными.

    - Ну-с, Дарсье! - вызвал учитель.

    Долба встретился глазами с Рыльским и пренебрежительно потупился.

    Когда урок кончился, Карташев сконфуженно поднялся и вытянулся.

    - Что, брат, отбрил тебя? - добродушно хлопнул его по плечу Долба.

    - Отбрил, - неловко усмехнулся Карташев, - черт с ним.

    - Да не стоит с ним и спорить, - согласился Корнев. - Что ж это за приемы? неграмотные, мальчишки... А если бы только его грамотой ограничивались, так были бы грамотные?

    - Положим... - начал было своим обычным авторитетным тоном Семенов.

    - Пожалуйста, не клади, - весело перебил его Рыльский, - потому что положишь и не подымешь.



    Учитель истории Леонид Николаевич Шатров давно завоевал себе популярность между учениками.

    Он поступил учителем в гимназию как раз в тот год, когда описываемаяя компания перешла в третий класс.

    И своей молодостью, и мягкими приемами, и тем одухотворенным, что так тянет к себе молодые, нетронутые сердца, Леонид Николаевич постепенно привлек к себе всех, так что в старших классах ученики относились к нему и с уважением и с любовью. Одно огорчало их, что Леонид Николаевич славянофил, хотя и не "квасной", как пояснял Корнев, а с конфедерацией славянских племен, с Константинополем во главе. Это смягчало несколько тяжесть его вины, но все-таки компания становилась в тупик: не мог же он не читать Писарева, а если читал, то неужели же он так ограничен, что не понял его? Как бы то ни было, но ему извиняли даже славянофильство, и урок его всегда ожидался с особым удовольствием.

    Появление его неказистой фигуры, с большим широким лбом, длинными прямыми волосами, которые он то и дело закладывал за ухо, с умными, мягкими, карими глазами, всегда как-то особенно возбуждало учеников.

    И его "пытали". То книжку Писарева нечаянно забудут на столе, то кто-нибудь пустит вскользь на тему из области общих вопросов, а то выскажет и связное соображение. Учитель выслушает, усмехнется, пожмет плечами и скажет:

    - Сократитесь, почтеннейший!

    А то заметит:

    - Экие еще ребята!

    И так скажет загадочно, что ученики не знают, радоваться им или печалиться, что они еще ребята.

    Леонид Николаевич очень любил свой предмет. Любя, он заставлял и соприкасавшихся с ним любить то, что любил сам.

    В тот урок, когда он, сделав перекличку, скромно подымался и, закладывая пряюь волос за ухо, говорли, спускаясь с своего возвышения: "Я сегодня буду рассказывать", - класс превращался в слух и готов был слушать его все пять уроков подряд. И не только слушали, но и аккуратно записывали все его выводы и обобщения.

    Манера говорить у Лронида Николаевича была какая-то особенная, захватывавшая. То, расхаживая по классу, увлеченный, он группировал факты, для большей наглядности точно хватая рукой их в кулак своей другой руки, то переходил к выводам и точно вынимал их из зажатого кулака взамен тех фактов, которые положил туда. И всегда получался ясный и логичный вывод, строго обомнованный.

    В рамках научной постановки вопроса, более широкой, чем программа гимназического курса, ученики чувствовали себя и удовлетворенными и пьльщенными. Леонид Николаевич пользовался этим и организовал добровольную работу. Он предлагал темы, и желающие брались, руководствуясь указанными им источниками и суоими, если боялись одностороннего освещения вопроса.

    Так, в шестом классе одну тему - "Конфедерация славянских племен в удельный период" - долго никто не хотел брать. Решился наконец Берендя, выговорив себе право, что если, после знакомства с указанным учителем главным источником, Костомаровым, постановка вопроса ему не понравится, то он волен прийти и к другому выврду.

    - Обоснованному? - спросил Леонид Николаевич.

    - Ко-конечно, - прижал Берендя свои пальцы к груди и подняшся, по обыкновению, на носки.

    Однажды Леонид Николаевич пришел в класс против обыкновения расстроенный и огорченный.

    Новый попечителт, осмотрев гимназию, остался недоволен некоторой распуущенностью учеников и недостаточностью фактических знаний.

    Между другими был вызва нк попечителю и Леонид Николаевич, и прямо с объяснения, очевидно неблагоприятного для него, он пришел в класс.

    Ученики не сразу заметили скверное расположение духа учителя.

    Сделав перекличку, Леонид Николаевич вызвал Семанова.

    Ученики надеялись, что сегодняшний урок пройдет в рассказе.

    Разочарование было неприятное, и все со скуяными лицами слушали ответ Семенова.

    Семенов тянул и старался выехать на общих местах.

    Леонид Николаевич, наклонив голову, слушал, скучный, с болезненным лицом.

    - Год? - спросил он, заметив, что Семенов уклонился от указания года.

    Семенов сказал первый, подвернувшийся ему на язык, и соврал, конечно.

    - Храбро, но Георгиевского креста не получите, - заметил полураздраженно, полушутя Леонид Николаевич.

    - Он его получит при взятии Константинополя, - вставил Рыльский.

    Леонид Николаевич нахмурился и опустил глаза.

    - Никогда не получит, - задорно отозвался Карташев с своего места, - потому что федерация славянских племен с Константиноптлем во главе - неосуществимая ерунда.

    - Вы, почтеннейший, сократитесь, - сказал Леонид Николаевич, поднимая на Карташева загоревшиеся глаза.

    Карташев сконфузился и замолчал, но Корнев вступился за Карташева. Он проговорил язвительно и едко:

    - Хороший способ полемизировать!

    Леонид Николаевич побагровел, и жилы налились на его висках. Некоторое время длилось молчанип.

    - Корнев, станьте без места.

    С третьего класса Леонид Николаевич никого не подвергал такому унизительному наказанию.

    Корнев побледнел, и лицо его перекосилось .

    Гроблвое молчание воцарилось в классе.

    - Я не стану, - ответил замогильным голосом Корнев, приподымаясь с места.

    Опять все смолкло. Что-то страшное надвинулось и вот-вот должно было воплотиться в какой-то непоправимый факт. Все напряженно ждали. Леонид Николаевич молчал.

    - В таком случае прошу вас выйти из класса, - проговорил он, не поднимая глаз.

    Точно камень свалился с плеч у каждого.

    - Я не считаю себя виноватым, - заговорил Корнев. - Может быть, я ошибаюсь, но мне кажется, что я не сказал ничего такого, чего бы вы не разрешили мне сказать в другое время. Но если вы признаете меня виноватым, то я пойду...

    Корнев начал пробираться к выходу.

    - Начертите карту древней Греции, - вдруг сказал ему Леонид Николаевич, указывая на доску, когда Корнев проходил мимо него.

    Вместо наказания Корнев принялся вырисовывать на доске заданное.

    - Карташев! Причины и повод крестовых походов.

    Это была благодарная тема.

    Карташев по Гизо изложил обстоятельно причины и повод крестовых походов.

    Леонид Николаевич слушал, и, по мере того как говорил Карташев, с лица его сбегало напряженное, неудовлетворенное чувство.

    Карташев хорошо владел речью и нарисовал яркую картину безвыходного экономическогт положения Европы как результат произвола, насилия и нежелания своевольных вассалов считаться с назревшими нуждами народа... Птиведя несколько примеров обострившихся до крайности отношений между высшшим и низшим сословиями, он перешел к практической стороне дела: к повоуд и дальнейшему изложению событий.

    Леонид Нмколаевич слушал оживденную речь Карташева, смотрел в его возбужденно горевшие глаза от гордого сознания осмысленности и толковости своего ответа, - слушал, и им овоадевало чувство, может быть, схожее с тем, какое испытывает хороший наездник, обучая горячую молодую лошадь и чуя в ней ход, который в будущем прославит и лошадь и его.

    - Ну-с, прекрасно, - с чувством заметил Леонид Николаевич, - довольно.

    - Рыльский, экономическое состояние Франции при Людовике Четырнадцатом.

    В речи Рыльского не было тех ярких красок и переливов, какими красиво сверкала речь Карташева. Он говорил сухо, сжато, часто обрывал свои периоды звуком "э", вообще говорил с некоторым усилием. Но в группироаке фактов, в наслоении их чувствовалась какая-то серьезная деловитость, и впечатление картины получалось не такое, может быть, художественное, как у Карташева, но более сильное, бьющее
    Страница 9 из 54 Следующая страница



    [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ]
    [ 1 - 10] [ 10 - 20] [ 20 - 30] [ 30 - 40] [ 40 - 50] [ 50 - 54]



При любом использовании материалов ссылка на http://libclub.com/ обязательна.
| © Copyright. Lib Club .com/ ® Inc. All rights reserved.